Читаем Огненные дороги полностью

Я прибыл в Мадрид на разбор операции и готовился докладывать по вопросам действий саперных подразделений и инженерного обеспечения операций, но этого не потребовалось. Генерал Петрович хорошо знал действия этих подразделений и подробно проанализировал их.

И был приятно удивлен, так как теперь отпала необходимость в моем докладе перед группой ответственных командиров и советников и мне оставалось только выслушать хорошую оценку своей деятельности и предпринятых мер.

Главный советник сказал:

- Хочу отметить, что успеху способствовали также своевременная помощь и ценные указания наших советников. Например, молодой капитан Павлито (А. И. Родимцев) как советник при общевойсковых командирах постоянно находился среди них. В самые тяжелые минуты боя он был рядом с бойцами в окопах, помогал устранять задержки в пулеметах, точно и верно выбирать цели. То же можно сказать и о нашем инженере майоре Дунайском, который во время боя находился вместе с бойцами и показывал им, как нужно выбирать позиции для ведения огня и как окапываться...

Оценка генерала Петровича была для нас высокой наградой за нашу скромную, незаметную, но очень нужную помощь испанским товарищам.

После поражения в Гвадалахарской операции франкисты и итало-германские интервенты долго не могли прийти в себя и были вынуждены отказаться от активных боевых действий. В стратегическом плане они перешли к организации голодной блокады республиканской Испании. Их поддерживали Англия, Франция и другие капиталистические страны, проводившие профашистскую политику "невмешательства".

Для республиканской армии наступил период относительного затишья, который она использовала для дальнейшего организационного укрепления и повышения боеспособности своих войск. Появилась возможность всесторонне изучить проведенные до этого наиболее крупные операции, осмыслить накопленный боевой опыт, более организованно наладить учебно-боевую подготовку в частях. Для нас, советников, это время было заполнено напряженной работой: каждый на своем направлении помогал соответствующим командирам и штабам.

Я старался помочь наладить работу по организации и снабжению фортификационных батальонов, укомплектованию их командным составом, старался улучшить, если позволяла обстановка, военно-инженерную подготовку этих подразделений и общими усилиями внедрить инженерное обеспечение боя в практическую деятельность командиров и бойцов. Немало пришлось поработать, чтобы развенчать наивное и самоуверенное представление о том, будто окапывание оскорбительно и недостойно для храброго испанского бойца. Наряду со всем этим я стремился использовать в обучении некоторые новые элементы инженерного оборудования позиций: делать траншеи и ходы сообщения не прямолинейными, а с четко выраженной зигзагообразной формой; в полный рост отрывать ходы сообщения, окопы для бойцов и пулеметчиков; делать подбрустверные укрытия, отсутствие которых вело к большим потерям от огня авиации, артиллерии и минометов противника.

Как в ходе проведенных операций, так и после гвадалахарских боев хорошими командирами зарекомендовали себя инженеры фортификационных батальонов майор Бутея, майор Эчеверия и многие другие, имена которых не сохранились в моей памяти. Все они имели гражданскую специальность инженера или техника-строителя. Это были верные сыновья испанского народа, пламенные патриоты, коммунисты, прошедшие школу 5-го полка. Под их руководством укреплялись саперные батальоны и в последних боях все активнее и эффективнее включались в боевые операции испанской республиканской армии.

В период с августа по сентябрь 1937 года было проведено несколько операций местного значения. Так, Теруэльская операция ставила целью улучшить позиции республиканских войск и отразить удары противника. В ходе проведения этих боев все более активную роль играли фортификационные батальоны. Постепенно улучшалось инженерное оборудование огневых позиций стрелковых и артиллерийских подразделений.

Для выполнения этих задач я в этот период регулярно посещал войска, был в 12-й бригаде генерала Лукача и 11-й интернациональной бригаде, которой командовал Вальтер (польский коммунист-интернационалист Кароль Сверчевский).

К. Сверчевский, офицер Советской Армии, был отлично подготовленным и храбрым боевым командиром.

На Теруэльском фронте советником командующего фронтом был генерал Батов, а порученцем у него служил болгарин Стефан Хаджикрыстев.

Советники, направляемые из Советской Армии в испанскую республиканскую армию, находились там непродолжительное время. Это делалось для того, чтобы как можно больше командиров приняло участие в боях, приобрело боевой опыт, изучило сильные и слабые стороны противника, а также особенности использования новых видов оружия и боевой техники.

Приближалось время и моего возвращения в Советский Союз. Об этом меня никто не предупреждал, но я понял это, потому что многие из тех, кого я застал во время своего прибытия в Испанию, уже уехали, а их место заняли другие.