Читаем Огненные дороги полностью

В соответствии с испанскими наставлениями и уставами первая линия оборонительных позиций выбиралась общевойсковыми командирами и оборудовалась в инженерном отношении их собственными саперными подразделениями под руководством начальника инженерной службы части или соединения. Вторая линия обороны и тыловые позиции оборудовались инженерным начальником при согласовании с общевойсковым командиром. Разумеется, в Харамской операции такую схему использовать было нельзя. Три фортификационных батальона из четырех были приданы дивизиям (по батальону на каждую дивизию), а на батальон "Мадридские рабочие" было возложено возведение тыловых позиций.

На практике передовая линия окопов не определялась никем. Рабочие фортификационных батальонов приходили к бойцам вечером и начинали рыть траншеи в тех местах, где залегли бойцы, не имея возможности оценить удобства данной местности для стрельбы. Только там, где строительными работами руководили офицеры, техники или общевойсковые офицеры, имевшие известный опыт в выборе позиций (а таких, к сожалению, насчитывались единицы), траншейные работы проводились грамотно как с технической, так и с тактической точки зрения. Командный состав фортификационных батальонов комплектовался из гражданских инженеров и техников, которые быстро осваивали технические особенности военного строительства, однако в тактическом отношении их работа была еще далеко не совершенной.

В результате напряженной и упорной работы личного состава инженерных частей уже в первые три-четыре дня операции весь участок фронта от Арагонского моста на реке Харама до Аранхуэса был покрыт траншеями, а наиболее важные направления прикрыты и проволочными заграждениями. Естественно, отрытые в таких условиях траншеи не были совершенными. Они не имели резких поворотов, создающих благоприятные условия для ведения огня в разных направлениях, не имели подбрустверных укрытий для бойцов и ниш для боеприпасов. Позиции носили преимущественно линейный характер. Грунт был твердым, каменистым, и потому глубина траншей в некоторых местах едва достигала 50 сантиметров, а чтобы создать условия для стрельбы стоя, перед траншеей накладывали камни, а чаще всего мешки с землей или песком. Пулеметные гнезда и наблюдательные пункты также оборудовались с помощью мешков с песком или землей.

И все же, несмотря на довольно примитивное оборудование позиций в инженерном отношении, они помогли республиканским войскам не только остановить наступление превосходящих сил противника, но и отбить его многократные атаки, а позже послужили в качестве исходных позиций для перехода в контрнаступление.

Сила духа

8 марта 1937 года, почти сразу же по окончании боев на Хараме, фашисты предприняли последнее крупное наступление. Из района Сигуэнса на Гвадалахару начали наступать отборные части итало-германских интервентов и испанских фашистов, оснащенные самым современным оружием и большим количеством боевой техники. Главный удар наносил итальянский экспедиционный корпус, насчитывавший около 50 тысяч солдат и большое количество боевой техники: 220 орудий, 108 танков, 32 бронеавтомобиля, 1600 пулеметов и автоматов. Участвовала и авиация.

Направление на Гвадалахару прикрывала только 12-я республиканская дивизия, которая насчитывала около 10 тысяч бойцов и сравнительно небольшое количество техники. Ввиду того что дивизия растянулась по фронту на 80 километров, она не могла создать прочной, глубоко эшелонированной обороны. Это дало возможность многократно превосходившему в силах противнику в первые же два дня боев прорвать ее оборону и, несмотря на упорное сопротивление республиканских частей, овладеть городом Бриуэга, расположенным в 90 километрах северо-восточнее Мадрида.

К месту прорыва для усиления обороны нужно было перебросить новые части. Для этой цели был сформирован 4-й армейский корпус под командованием кадрового военного полковника Хурадо. В корпус вошли интернациональная бригада и некоторые другие части и соединения, снятые с харамского участка и взятые из резерва Мадридского фронта. Планировалось перебросить их в новый район действий с помощью автотранспорта 12-й интернациональной бригады, теперь значительно пополненного за счет трофейных машин, захваченных в Харамской операции. Подразделения начали быстро перебрасываться к месту прорыва, и вечером 9 марта интернациональная бригада, сгрузившись с автомашин на шоссе в 10 километрах западнее Бриуэга, начала развертываться в боевой порядок в направлении города.