Читаем Один против всех полностью

Он будил Романова-Черных по утрам, рассказывал о том, что и когда предстоит сделать в течение дня, привозил из ближайшей забегаловки пиццу - Государь был неприхотлив в пище - и выполнял множество мелких поручений, неизбежно возникающих во время загруженного дня господина Престолонаследника.

Господин Романов-Черных был человеком суровым, но справедливым. Он мог щедро осыпать милостями, но мог и покарать безжалостно и жестко. Не далее как вчера Петька Чистяков был лишен ордена Белого Орла только за то, что оплошал с подачей к столу устриц с шампанским и не вовремя совершил перемену кувертов.

Награда Чистякову была не нужна, тем более что возможности наградить, как таковой, еще и не существовало, был список лиц, предоставленных к награждению, и оказаться вычеркнутым из этого списка было, конечно, обидно, но переносимо. Хуже другое - к каждому ордену, чину или званию прилагался Высочайший дар в виде некоторого количества десятин земли, без крепостных душ, разумеется. Августейший предок, император-освободитель Александр Второй крепостное право отменил, и его потомок, Николай Третий, Всеволодович, возвращаться к прадревним временам крепостничества не желал, так же как к временам колхозов, совхозов или крестьянских общин, с которыми боролся еще Петр Аркадьевич Столыпин…

- Николай Всеволодович! - снова потряс Петька престолонаследника и собрался уже идти за штофом воды, чтобы вылить ее на августейшую голову, но августейшая голова приподнялась с шезлонга и открыла глаза.

- В чем дело, Петька? - Черных при пробуждении бывал обычно зол и невоздержан в словах и действиях. - В чем дело, монстр? Тебя спрашиваю!

Чистяков отступил назад, подальше от тяжелой монаршей руки.

- Госпожа Жанна сейчас подъедет, - сообщил он. - Надо бы помыться, побриться, привести себя в порядок…

- Я в порядке! Приедет, веди сюда, да смотри там, без рук!

Госпожа Жанна была дочкой милицейского полковника Исаева, кадры эффектной смерти которого в арке Главного Штаба обошли весь мир. Полковник-оборотень оставил дочурке не только сомнительную репутацию, но и солидные счета в банках Центральной и Северной Европы, это позволяло Жанне Викторовне вести безбедную светскую жизнь, но закрыло дорогу на родину. Представители Генпрокуратуры периодически выступали с заявлениями, в которых изобличали преступные деяния «оборотней в милицейских погонах», среди которых на первом месте стояло имя покойного полковника Исаева.

Поэтому Жанна Викторовна Исаева до поры до времени пребывала в затхлой, лишенной политической активности Европе. Чудаки-европейцы с подозрением смотрели на наследницу преступных миллионов, и поэтому доступ в высшие и даже средние круги европейского общества был ей закрыт. Но причудница-судьба свела ее с господином Романовым, и у нее появился шанс вернуться на свою историческую родину, причем вернуться победительницей, супругой наследника престола и будущей Императрицей.

Пока же она в кругах, приближенных к особе Императора, именовалась скромно - госпожа Жанна и вела себя вольно и раскрепощенно.

Пикантности в ситуацию добавляло то, что в период славных событий мая две тысячи третьего года она числилась официальной невестой господина Костюкова, более известного под прозвищем Кастет. Она была даже влюблена в него, правда, недолго, первые два или три дня знакомства, но измену Кастета восприняла как ужасное личное оскорбление и с тех пор считала его своим врагом номер один среди мужчин. Врагом номер один среди женщин для нее была невеста Кастета - Светлана. Случай отдал Светлану ей в руки, но, увы, всего лишь на несколько дней…

Жанна Викторовна Исаева была в некотором роде женщиной идеальной. Она не только соединяла в себе все черты, присущие женскому полу, начиная с прародительницы Евы до наших дней, но и имела эти черты выраженными в самой яркой, почти вопиющей форме.

Подобно тому как любое изделие из золота неизбежно является сплавом, содержание золота в котором определяется пробой, так и Жанна Исаева была сплавом всех женских качеств, женщиной 958 пробы. Выдающаяся злопамятность органично сочеталась в ней со сногсшибательной красотой и с тем, что в обиходе именуется женским умом.

Поэтому она хорошо запомнила свой бурный роман с Кастетом и поклялась ему жестоко отомстить, равно как и разлучнице-Светлане. Связь с Черных давала ей все возможности для этого, но, к сожалению, Леша Кастет был ему пока нужен для выполнения каких-то планов престолонаследника, и месть на некоторое время откладывалась. Впрочем, идеальная женщина Жанна умела ждать: чем больше времени потребуется на ожидание, тем слаще будет исполненная месть, как сладок первый секс после нескольких дней вынужденного воздержания…

- Зайчик, мы поговорим или потрахаемся? - спросила Жанна Исаева, появляясь на лесной поляне, где под сенью буков возлежал господин Черных.