Читаем Одержимый полностью

– Ничего себе! Охренеть! Столько лет!.. Слушай, за это надо выпить! Может, возьмешь себе чего-нибудь? Ты ведь эту парашу пить не станешь, я уже понял. Но здесь можно и приличной водки взять... А как же это ты меня нашел?

– Язык до Киева доведет, – туманно объяснил Чижов. – А водки я заказывать не стану. У меня еще дел полно. А тебя я нашел по одной простой причине. Помнишь Архиповск?

– Ну, помню, – пробурчал Захарчук. – Смутно, но помню. А что?

– А Титаева помнишь?

За столом воцарилась гнетущая тишина. Они долго смотрели друг на друга неприязненным взглядом. Потом Захарчук неохотно сказал:

– Ну, допустим, помню. И что дальше?

– А дальше ничего хорошего. Он еще у тебя не появлялся?

– Он?! У меня? Ты что плетешь? Он, что, живой, что ли?

– Как Ленин. Живее всех живых, – усмехнулся Чижов. – А вот ты и дня не проживешь, если он до тебя доберется. Это уже не тот мозгляк, которого мы гнобили в свое удовольствие. Меня он, например, спеленал в один момент. Я остался в живых только чудом, хотя рядом со мной мои люди были. А тебя в твоем нынешнем положении он, как блоху, пальцем раздавит.

– Да ладно меня пугать! – недовольно сказал Захарчук. – Столько лет прошло. Может, это и не он вовсе. Откуда ему взяться? Ты хоть раз про него с тех пор слышал?

– Он меня чуть на тот свет не отправил! – зло кривя губы, бросил Чижов. – Ты совсем тупой, что ли? Он вернулся, понятно тебе?!

Захарчук опустил глаза, подрагивающей рукой взял ложку, принялся вяло возить ею в тарелке.

– Ну вернулся и вернулся, – пробормотал он. – Какое кому дело? Чего ему надо?

– Так он долги возвращает! – язвительно заметил Чижов. – Твоя идейка, между прочим, была – отправить Титаева в плавание!

– Не помню, чья была идейка! – мрачно заявил Захарчук. – Может, твоя? Все балдели, а теперь решили на меня все повесить?

– Дурак! – с глубочайшим презрением сказал Чижов и, с треском отодвинув стул, наконец сел напротив Захарчука. – Если хочешь знать, Зарапин уже убит, Кащеев убит, Меркулов убит, Смирнов убит... Троих покалечили... Чего тебе еще? Очередь за тобой.

– И чего ты от меня хочешь? – заволновался наконец Захарчук. – Ты для чего мне все это рассказал?

– А чтобы ты ушами не хлопал. Я тут кое-какие справки навел. Ты, оказывается, кое-кого из местных бандитов знаешь?

– Никого я не знаю. Какие бандиты? Я живу сам по себе, скромно, на тусовки не хожу. Вот, случайными заработками кормлюсь...

– Я вижу, – сухо сказал Чижов. – А когда-то ты орел был! Красавец. Мы все тебе завидовали. Каждое слово твое ловили. Не роди ты тогда эту оригинальную идею, никто бы до нее не додумался. Глядишь, сейчас и заботиться ни о чем не надо было бы, и ребята все живы были...

– Да пошел ты! – сказал Захарчук. – Ты не следак – дело мне шить. У тебя самого рыло в пуху. Вот ты и прискакал сюда – чтобы на меня стрелки перевести. Не получится.

– Получится, Володя! – возразил Чижов. – Ты кашу заварил, ты теперь и расхлебывай. Отсидеться в стороне не получится. Прикончит тебя Титаев. Так что или в ментовку иди, сознавайся и проси защиты, или бродяг каких-нибудь найми, чтобы замочили Титаева, как только он здесь появится. И поспеши, потому что он появится здесь со дня на день. В Москве у него пока дел нету.

Чижов встал, сунул руку в карман и вдруг швырнул на стол перед носом Захарчука пачку денег.

– Это тебе за работу, – сказал он. – Найми людей, я тебя прошу! Иначе у нас у всех, кто остался, есть шанс сыграть в ящик. Я не шутя тебе говорю. Знаешь, как выглядит смерть? У нее лицо Титаева. Только учти, от того Титаева в нем почти ничего не осталось. Ты его можешь не узнать. Так что смотри в оба. Как только услышишь, что тебя ищут, так сразу кончай этого человека, не раздумывая. Тогда, может быть, уцелеешь.

Чижов ушел, растаял в морозной дымке. Захарчук не успел даже спросить, как он теперь живет и чем занимается. Хотя, по правде сказать, не очень ему было и интересно. Он хватанул залпом стакан портвейна, запил пивом. Пухлая пачка денег подтверждала, что все происшедшее не было сном. Захарчук вороватым движением смахнул ее со стола, сунул в карман. По-настоящему ему надо благодарить этого Титаева за то, что тот появился. Теперь Захарчук богач. Таких денег он не держал в руках уже целую вечность, с тех пор, как продал квартиру. Теперь можно отожраться маленько, поправить могилку родителей на кладбище, из одежонки кое-что купить. Но сначала он хорошенько выпьет, чтобы привести в порядок нервы. Надо же, он, оказывается, зачинщик! Это он придумал отправить того ублюдка в плавание!.. А эти сволочи все в стороне как будто... Еще товарищи называются! Армейская дружба, мать их!..

В тот день и еще дня три Захарчук был почти счастлив. А потом вдруг обнаружил, что деньги кончились, и нужно снова что-то думать. Снова пришлось идти на поклон к Тамарке. В этот вечер его знобило и трясло, ему негде было ночевать, и он собирался проситься остаться на ночь у Тамарки. Но он даже не успел выклянчить у нее стакан вина, потому что вломился этот скот Придонов и заявил, что Захарчука разыскивает один человек.