Читаем Очень странные миры полностью

Какое-то время, уже по инерции, в систему Тетра поступали загодя изготовленные элементы конструкций, поскольку неизвестно было, как еще-то с ними обойтись. Задержавшиеся на станции монтажники продолжали работать из чистой, никакими рациональными доводами не отягощенной любви к профессии.

Затем, уже вне всякой логики, начали поступать модули, которые не нашли применения в иных проектах, в том числе и от цивилизаций, никакого касательства к данному безуспешному начинанию не имевших. Амбициозный проект галактического маяка превратился в игрушку-конструктор под названием «Соберем „Тетру“». В течение весьма продолжительного времени Галактическое Братство резвилось в системе оранжевого карлика напропалую. Уже вынашивались планы основания в хитросплетенных металлических корпусах орбитального поселения. Эктоны, с самого рождения обитавшие на галактических базах и не представлявшие себе жизни в естественной среде, с прагматическим интересом присматривались к открывавшимся возможностям…

Не сложилось.

Энергии светила едва хватало на частичное поддержание системы жизнеобеспечения этого металлокерамического монстра. Отсутствие обитаемых миров в пределах досягаемости ставило крест на поставках необходимых ресурсов. Цель в который уже раз не оправдала средств. «Эх… – образно выражаясь, сказали астрархи. – Да что же вы такие упрямые!» И предложили заложить вокруг звезды-сироты полноценную планетную систему. С некоторыми, впрочем, оговорками: сам процесс планетогенеза займет лет двести-триста, а биосфера приобретет подходящие для употребления свойства еще через несколько тысячелетий… «Спасибо, – сказало человечество. – Очень мило с вашей стороны предложить помощь. Но остановиться лучше вовремя». О том, что оптимальный момент для полной консервации проекта совпадал по времени с пуском галактического маяка в соседней звездной системе, все предпочитали не вспоминать.

В настоящее время галактическая станция «Тетра» представляла собой гигантское соединение ни с чем не сообразных металлических модулей, блоков и структур. Визуально «Тетра» имела форму неправильной подковы, местами уродливо вздутой, а местами переходившей в обыкновенные решетчатые стяжки. Отовсюду вне всякой системы торчали антенны, башенки и швартовочные пилоны, которыми вряд ли когда-либо пользовались по назначению. Циркулировавшие над «Тетрой» по спиральным траекториям компактные искусственные солнца, каждое размером со старинный монгольфьер, невольно превращали результат инженерной ошибки в этакий галактический аттракцион, едва ли не арт-объект. Солнышек было четыре («Четыре! – торжествующе воскликнул Мадон. – Четыре светила, оттого и Тетра!..» – «Было пятое, – со вздохом возразил Белоцветов. – Но быстро сдулось и угасло. Потому что все тут сделано через задницу…»), все разного цвета. Прямо сейчас можно было видеть парившее над ближайшим ушком подковы желтое светило и выступавшее на две трети из-под центральной части бледно-голубое. Там, где их лучи смешивались, корпус станции обретал нехороший оттенок мертвенной зелени.

– Станция «Тетра», прошу разрешения на причаливание, – мужественным голосом произнес в микрофон Феликс Грин.

Затем, выдержав солидную паузу, повторил свои слова.

Ответа не последовало, лишь какие-то неясные шорохи ворвались в кабину.

– Кого-нибудь еще настораживает происходящее? – спросил Грин не оборачиваясь.

– А что тебе, собственно, не нравится? – с интересом осведомился Белоцветов.

– Например, что никто не дает разрешения на причаливание, – ответил Грин.

– А оно тебе так необходимо? – настаивал Белоцветов.

– Не особенно, – сказал Грин.

– Это же «Тетра», – сказал Белоцветов. – Там, быть может, и отвечать-то некому.

– Так, – сказал Элмер Э. Татор тоном, не предвещавшим ничего хорошего. – Кому пришла в голову идея выбрать этот летающий металлолом для промежуточного финиша?

– Мне, – сказал Грин и надулся.

– Вы можете объяснить свой выбор, Феликс, или, как всегда, отделаетесь пространным словоблудием?

– Мы движемся по Кельтской Ветке, – пояснил Грин. – Нам нужны два пит-стопа перед тем, как корабль покинет зону охвата галактических маяков. Подготовиться и подзарядиться. Вы, мастер, сами настояли на том, чтобы привлекать как можно меньше сторонних взоров. «Тетра» – это последнее место в Галактике, где «Тавискарону» уделят хотя бы толику внимания…

– Гм, – сказал Татор. Он все еще выглядел недовольным. – Надеюсь, у них здесь найдется пиво.

– Не уверен, – глядя в сторону, негромко произнес Грин.

– Пиво и у нас есть, – эхом отозвался Белоцветов.

– Как бы еще не пришлось делиться, – ввернул Мадон совсем уже шепотом.

Кораблем управлял в основном Феликс Грин, а контролировал процедуру Брандт. Уже поэтому рассчитывать на оживленный обмен репликами не приходилось, несмотря на предпринимаемые Грином усилия формального характера. «Тавискарон» плавно и легко, словно лоскут невесомой ткани, облетел станцию, позволив вволю налюбоваться небрежно, криво и косо, вне всякой системы сцепленными между собой металлическими блоками.

«Соберем „Тетру“», – с иронией подумал Кратов.