Читаем Обломки нерушимого полностью

Он все приближался к ней, все неотрывно смотрел на нее. И вдруг Мари отбежала в сторону. Джу, не ожидая от подруги такого низкого, предательского поступка, в этот же миг ослабела, стала смотреть по сторонам. Все ее друзья наблюдали эту странную сцену на приличном расстоянии, кто-то даже и не пытался вникнуть в происходящее, просто проходил мимо. Никто не хотел вмешиваться. Савьер во всем блеске своего ужасающего величия отпугивал и одновременно восхищал всех присутствующих.

– Савьер, это лишнее… – решилась наконец сказать Калли.

– Отвечай, живо.

– Калли… – произнесла Джу дрожащими устами.

– Все запомнили ее имя? – народ закивал. Закивали даже те, кто из-за громкой музыки не расслышал вопрос Савьера, но не хотел отличиться и следующим попасть под раздачу. – А теперь, – сказал Савьер Мари и Джу, – отправляйтесь-ка на периферию.

Маккинни и Пруст, ни слова не вякнув, побежали к забору. Все стали потихоньку расходиться, бросая опасливые взгляды на Савьера и Калли. С тех пор, кстати, на Лаффэрти все так и смотрели, где бы ни встретили. Имеет ли смысл добавлять, что Марийона и Джустис с того дня больше не цеплялись к ней?

– Никогда не чувствовала себя такой крутой как сейчас! – воскликнула Калли.

– Ты же из «Греджерс». Это чувство должно быть тебе знакомо, – губы Савьера сложились в улыбку… ох, в такую престранную, сумасводящую улыбку, изобличающую все его демоническое превосходство.

– Видимо, я давно забыла про него, – ответила завороженная Калли. – Ты снова выручил меня…

«А что бы сделал Руди? Увел бы меня подальше от этих набитых дур, попросил бы проявить терпимость и великодушие. Руди отталкивающе добрый, а Савьер притягательно злой. Стоп! Ну почему я снова сравниваю их?!»

– Калли! Ура!

Это Рокси прискочила. Слишком веселой она была. Значит, ей не «посчастливилось» застать разборку с Джустис и Мари, потому что те, кто стал ее свидетелем, все еще не могли прийти в себя, ходили загруженные, трусливо поглядывая по сторонам, вдруг Савьер Бейтс где-то рядом и кто-то опять не угодит ему…

– Я привыкла к тому, что ты постоянно отвергаешь мои предложения потусоваться, поэтому и не надеялась увидеть тебя сегодня тут.

– Меня уговорил… друг. – Калли перевела робкий взор на Бейтса.

– Савьер, – представился тот.

– Рокси. Рада знакомству. – Уэллер протянула ему руку. Смелости ей было не занимать.

– Взаимно, – Савьер с лукавым удовольствием сопроводил свои слова рукопожатием.

– Савьер, не обидишься, если я украду Калли на пару минут?

– Найдешь меня у сцены, – бросил напоследок Бейтс.

Стоило Савьеру уйти, как Рокси вдруг стала тревожно таращиться на Калли, хрустеть пальцами.

– Рокси, ты что такая взвинченная? Или мне кажется?

– Так и есть… Я нервничаю, и не просто так. Ты подумаешь, что это подстава, но, клянусь, все произошло по независящим от меня обстоятельствам.

– Да в чем дело-то? – теперь и Калли стало неспокойно.

– Скендер привез сюда Диану…

Словно туча некормленых ос вгрызлась в сердце Калли. Так болезненно оно отреагировало на эту весть. Диана здесь! Диана… Сколько же они не виделись? На похоронах Джел произошла их последняя встреча. Как будто не одно десятилетие прошло, такой тягостной была их разлука. Столько событий пролетело, перемен… Прожита отдельная жизнь. Жизнь, лишенная дружбы.

Вот она, стоит, окруженная ореолом таинственной пленительности, в бордовом вельветовом платье на запах, с густыми-прегустыми волосами, ниспадающими дождем длинных черных кудрей. И ошеломляющее чувство взыграло в Калли. Точно они незнакомы. Калли видит ее впервые, и она ей совсем не нравится. Уж слишком безупречна. Ею невозможно любоваться, ведь отмечая каждое ее достоинство, вспоминаешь о каждом своем недостатке. Все истинное, подлое, притупленное дружбой, обострилось. Вот как разлука подействовала на Калантию. Она взглянула на Диану глазами посторонней девочки, девушки, женщины, и поняла, почему все ей поклоняются и при этом недолюбливают.

– Привет, – сказала Диана. Она была рада видеть Калли. А еще рада тому, что ужасный вечер в Вандевере совпал с концертом «Майконгов», на который она попала благодаря Скендеру. – Уже не могу представить свою жизнь без «Блэкстоновских» сборищ. Ну и «Майконгов», разумеется.

«Как обычно, держится по-королевски, – все более раздражалась Калли. – И этот ее светский тон с брызгами холодной вежливости!» В тот момент Калли была готова поверить Никки, присоединиться к восстанию против Дианы, всячески портить ей жизнь. Потому что она такая безупречная, черт бы ее побрал! А Калли такая… бледная по сравнению с ней, посредственная. А ведь она так мечтала стать хоть капельку похожей на Диану. И плевать на то, что Калли тоже сознательно верит в невиновность Эл. Все равно Диана не права, она должна страдать. Страдать как все, что ненавидят ее за дарованные ей божественную красоту, стать и власть.

Они скрылись в тени парка. Обсудили сначала далеко не важное: песни Хардайкера, мимо проходившую толпу поддатых футболистов. А потом Диана осмелилась сказать:

– Мне так не хватает тебя. Ты сейчас как никогда нужна мне. В «Греджерс» бойня.