Читаем Обломки нерушимого полностью

На крик Дианы обернулись заскучавшие слушатели Крейны. Ужаснейшее зрелище тотчас увлекло их – на предплечье Корали не было живого места. Вот почему она не позволила Диане дотронуться до нее. Ей просто было больно, страшно и стыдно. И смириться она собиралась вовсе не с остаточными чувствами Джулиана к Диане, а с тем, что он с ней вытворяет, когда никто не видит.

– Смотрите! Смотрите же! – не замолкала Диана. «Мои синяки и слезы вы не замечали, так, может, хоть ее заметите? Вот, что с нами делают. Вот, как мы расплачиваемся за ваш успех!» Корали больше не сопротивлялась, точно Диана, раскрыв эту тайну, еще и избавила ее от страшных чар Джулиана. Ему уже не добраться до нее.

– Диана, у тебя крыша поехала, что ли?! Угомонись! – вскричал Джулиан.

– Корали, где ты так ушиблась? Дай-ка взглянуть, – подбежал к дочери встревоженный Эндрю.

– Мистер Дэвис, не переживайте. Джулиан мне тоже постоянно оставлял синяки, но они очень быстро проходили. К тому же выручают крупные браслеты, длинные рукава, а еще я купила специальный крем с бадягой. Это враг всех синяков!

– Джулиан бил тебя?!

– Ну да, когда мы встречались. Побои были неотъемлемой частью наших отношений. Я с этим смирилась, и Корали, видимо, тоже.

– Чушь несусветная! – разгневался Джулиан. – Что вы слушаете ее? Диана просто никак не может прийти в себя после нашего разрыва. Ревнует! Мелет что попало! Забыть меня не может!

На это Диана ответила спокойнейшим тоном:

– Говорит человек, в чьей комнате висит мой портрет. – Джулиан взглянул на нее сокрушенно. – Мистер Дэвис, всякий раз, когда Джулиан ублажает вашу дочь, он смотрит на меня, написанную, и сжимает ее запястья с такой силой, с такой ненавистью, что у нее лопаются сосуды. Вот и вся этиология.

– Корали, миленькая, скажи, это правда? Не бойся. – Эндрю едва сдерживал слезы.

– Папа… ты потеряешь работу из-за меня.

– Ой, как знакомо! – прыснула со смеху Диана. – Джулиан так же угрожал мне. Только рот открою – и жизнь моего отца обрастет серьезными проблемами.

Эндрю не стал больше терпеть, ринулся в сторону Джулиана, схватил его за лацканы пиджака да с такой силой, что тот начал трещать по швам. Женщины взвизгнули, Алэсдэйр и Роберт кинулись разнимать. Джулиан покраснел с макушки до самых пят от страха.

– Эндрю, отпусти моего сына! – кричал Патридж-старший. – Что ты ведешься на голословные обвинения?! Мы еще можем все уладить!

– Мистер Дэвис, не совершайте глупостей! – взревела Крейна.

Молящий голос убитой горем матери подействовал на Эндрю.

– Я уже совершил одну огромную глупость, – охрипшим голосом сказал мистер Дэвис, постепенно ослабляя хватку. – Обменял дочь на золото… Корали, уходим.

Диана на всю жизнь запомнит тот благодарный взгляд Корали, которым та наградила ее перед тем как уйти. Опустела Диана вся разом, не было в ее душе ни торжества, ни томления. «Теперь она на берегу, в безопасности, а я осталась в море, и я в нем точно утону…»

– И нам пора, – нарушил гнетущую тишину мистер Брандт. – Спасибо за вечер. Как ни крути… было весело.

– А будет еще веселее, когда мистер Дэвис начнет горланить на всю округу о том, что здесь сегодня произошло. И люди его поймут. Какой отец не вступится за свою дочь? Да начнется разгром династии Патридж! Вы постареете быстрее меня, друзья, – ехидничала Аннемари.

– Но всего этого можно избежать, если я поговорю с Эндрю. Роберт, ты же знаешь, дипломатические навыки у меня на высочайшем уровне. Я не раз избавлял тебя от неприятностей. Помнишь ведь? Соглашайся, мой дорогой друг, иначе мы с Эндрю загорланим в унисон.

– И что ты просишь за это? – устало осведомился мистер Патридж.

Ответ Алэсдэйра прозвучал громко, четко и быстро:

– То, что ты давно мне обещал, но почти отдал другому.

Джулиан нервно закашлялся, Крейна вот-вот могла лишиться чувств из-за череды ужасных треволнений. Алэсдэйр и Аннемари застыли в нетерпеливом предвкушении, Диана просяще глядела на главу семейства Патридж, такого же нервного и обессиленного, как и все присутствующие, и тоже ждала его ответа. Ответа, что решит судьбу многих людей.

– …Будь по-твоему.

* * *

Алэсдэйр Брандт, как и мечтал, стал руководителем золотодобывающей компании. Также у него получилось уговорить Эндрю смилостивиться над Джулианом и Робертом. Алэсдэйр и впрямь был дипломатом от бога. Многолетние эмпирические исследования своего окружения позволили ему выявить множество болезненных точек человека, воздействуя на которые, можно с легкостью подчинить себе кого угодно.

Джулиану с тех пор жилось несладко. Роберт долго винил сына в осквернении репутации их семьи. Остались ли Брандт и Патриджи друзьями? Вопрос спорный. Прежнего благоговения перед влиятельными приятелями Брандт больше не испытывали. Семейство Патридж же стало вести себя с Брандт осторожнее, однажды и навсегда убедившись в их мощи и непокорности.