Читаем Области тьмы полностью

Когда я стоял у окон, глядя между жалюзи, первым делом в глаза мне бросился — среди прочих давно знакомых небоскрёбов — блестящий кусок Здания Целестиал в Вест-Сайде. С этой точки он казался воткнутым в кучу из десятка других зданий, но если приглядеться, было видно, что он стоит гораздо дальше остальных и на самом деле вокруг него ничего нет. Казалось невероятным, что пару дней назад я шёл по Целестиал и размышлял, не купить ли тут квартиру — причём из самых дорогих…

Девять с половиной миллионов долларов.

— Эдди!

Я обернулся.

Ван Лун договорил по телефону и шёл ко мне с той стороны комнаты.

Я собрался с духом.

— У меня тут появились дела, Эдди, надо бежать. Извини. — Он снова говорил со мной дружелюбно, и когда дошёл до меня, кивнул на блокнот у меня под мышкой. — Подготовь всё, потом обсудим. Я говорил уже, до выходных меня не будет, время у тебя есть. — Вдруг он хлопнул в ладоши. — Ладно, хочешь посмотреть на наше помещение для трейдинга? Сейчас вызову Сэма Уэллеса, он тебе всё покажет.

— Я бы предпочёл пойти домой и заняться расчётами, если вы не против, — сказал я, протягивая ему руку.

— Да тут дел-то… — Ван Лун замолчал и уставился на меня. Я видел, что он озадачен, и чувствует ко мне лёгкую неприязнь, как раньше, но при этом не знает, что это с ним и что теперь делать.

Потом он сказал:

— Эдди, да что с тобой? Ты что, меня боишься?

— Нет, я…

— Потому что эта хренотень не для трусливых.

— Я знаю, я просто…

— Ты учти, я тут серьёзно рискую. Никто ничего не знает. Кинешь меня через хуй, проговоришься — и доверию ко мне хана.

— Знаю, знаю. — Я указал на блокнот подмышкой. — Просто хочу как следует всё подготовить.

Ван Лун на мгновение удержал мой взгляд, потом вздохнул, словно говоря: «Ну, рад это слышать». Потом он обернулся и пошёл назад к столу. Я за ним.

— Позвони, когда будешь готов, — сказал он. Он стоял спиной ко мне и листал то ли ежедневник, то ли записную книжку.

Я подождал, но потом понял, что меня отпустили. Не говоря ни слова, я вышел из кабинета.

По дороге домой я зашёл в «Гристед» и купил пару больших пачек чипсов и пива. Вернувшись домой, я сел за стол, достал толстую папку, которую на прошлой неделе прислал Ван Лун и перебрал записи. Я подумал, что если смогу разобраться в материале, всё будет хорошо. Я войду в тему и буду разбираться, не хуже, чем в тот раз, когда обаял Ван Луна своим предложением по структурированию сделки.

Начал я с квартальных отчётов МСL-Parnassus. Разложил их на столе, открыл первую пачку чипсов и бутылку пива, и начал читать.

Через два часа усердного листания я признал, что чтиво, во-первых, тоскливое до безобразия, во-вторых, лично мне совершенно непонятное. Проблема была в том, что я не помнил, как интерпретировать эти данные. Я просмотрел ещё пару документов, и хоть они были чуть менее насыщенные и непонятные, чем квартальные отчёты, спать от них хотелось не меньше. Но я крепился и прочитал всё — в том смысле, что пробежал глазами по каждому слову и строчке, не пропустив ничего.

Я доел чипсы и допил пиво, и в десять заказал на дом китайскую пищу. Чуть за полночь я, наконец, заполз в кровать.

Утром я сделал быстрый и ужасный подсчёт. Я вчера восемь часов читал то, на что раньше хватало сорока пяти минут. Потом попытался что-нибудь вспомнить, но в голове остались только обрывки и общие слова. А раньше я мог повторить весь текст, сзади наперёд, шиворот-навыворот.

Соблазн принять пару таблеток МДТ был невероятен, но я удержался. Если я снова начну напропалую глотать колёса, я опять буду отключаться, и чего хорошего? Так что ещё пару дней схема оставалась прежней. Я сидел дому и рылся в сотнях страниц материала, выходил из дома только, за чипсами, чизбургерами и пивом. Смотрел телик, но тщательно избегал новостей и актуальных шоу. Телефон выключил. Я заставил себя поверить, что смогу во всём разобраться, но дни шли, и я всё чётче осознавал неудачу.

В среду вечером у меня снова разболелась голова. Не знаю отчего, может, от пива и бомжатины, которой я питался, но когда к утру четверга она не прошла, я решил увеличить минимальную дозу МДТ до одной таблетки в день. Конечно, через двадцать минут после того, как я принял таблетку, голова перестала болеть, и, конечно же, я распереживался. И что, я так и буду увеличивать дозу? Когда мне придётся принимать по три, а то и четыре таблетки в день, чтобы только справиться с этими болями?

Я снова достал записную книжку Вернона и пролистал. Мне не хотелось снова никому звонить, но, тем не менее, я чувствовал, что если и осталась надежда, она где-то среди этих номеров. Я решил позвонить по тем, которые были зачёркнуты, и рядом с которыми не было новых. Может быть, я узнаю, что их хозяева до сих пор живы, и даже не больны, и я поговорю с бывшими клиентами. А может — и скорее всего — я выясню, что клиенты стали бывшими, потому что умерли. Но попробовать стоило.

Я выбрал пять номеров. Первые три были отключены. Четвёртый не отвечал, и автоответчика тоже не было. На пятом сняли трубку через два гудка.

— Ну?

— Алло. Могу я поговорить с Дональдом Гейслером?