Читаем Области тьмы полностью

Для меня это был достаточно спокойный день — по крайней мере в плане интеллектуальной деятельности и количества работы — так что, вернувшись домой, я никак не мог успокоиться, так и кипел жаждой действий. Не способный заснуть, я сидел на диване в комнате, смотрел телевизор и читал. Под аккомпанемент фильмов, живых шоу и реклам я перекапывал финансовые рубрики ежедневных газет, биографию Уоррена Баффета и тексты, заголовки, рекламные развороты, головы и фотосписки полудюжины глянцевых деловых журналов.

Придя в «Лафайет» на следующий день, я долго рылся на разных финансовых сайтах. В конце концов, я открыл больше дюжины крупных позиций, в сумме на восемьдесят тысяч акций, а потом начал внимательно их отслеживать.

К одиннадцати-тридцати слева от меня началась суета. Через пару столов трое ребят в бейсболках, которые плотно работали вместе, начали изображать в воздухе удары и шипеть «йесссссс» друг другу. Ещё через пару минут «инфа» разбежалась по комнате. Молотильщик клавиатуры рядом со мной, звали его Джей, на короткий миг развернулся от экрана ко мне.

— Тут пошёл слушок о биотехнологических акциях.

Он пожал плечами и вернулся к клавиатуре, но парень рядом с ним крутнулся в кресле и заговорил со мной, будто мы знакомы со школы.

— Медицинский прорыв, пока не объявленный. МЕДКС — это корпорация «Медифлюкс», флоридский производитель лекарств — похоже пустила в разработку белок против рака. Мужики в халатах в Национальном Исследовательском Центре Рака дрожат от возбуждения.

— И?

Он поглядел на меня, словно говоря, мол, ты что, идиот? Потом, нерешительно помедлив, заявил:

— Покупай «Медифлюкс»!

Я увидел, что Джей, парень рядом со мной, уже этим занялся. Я кивнул тому парню и вернулся к экрану, посмотреть, что можно выяснить про эту фармацевтическую компанию — корпорацию «Медифлюкс». Сейчас её продавали по 431/3, хотя при открытии они шли по 373/4. Все вокруг были уверены, что они продолжат идти вверх, и все — по крайней мере все в комнате — активно скупали «Медифлюкс». Я потратил некоторое время на изучение базовой информации по ней — историю прибыли, потенциал роста, такие вещи — и в какой-то момент Джей пихнул меня и спросил:

— Ну что, сколько купил?

Я посмотрел на него, помолчал, быстро прокручивая в голове всё, что только что прочитал про «Медифлюкс».

— Не купил ни одной, — сказал я. — Более того, я сыграю на понижение.

Это означало, в противовес господствующему в комнате мнению, я ожидаю, что цена на акции «Медифлюкс» упадёт. Пока все скупают их, я займу акции у своего брокера. Потом продам, обязавшись купить их позже, в расчёте, что придётся это делать по существенно меньшей цене. Чем меньше будет цена, тем, естественно, больше будет моя прибыль.

— Ты будешь играть на понижение?

Сказал он это во весь голос, и слово «понижение» пронеслось по столам, как острая боль по седалищному нерву, можно было почувствовать, как в комнате выросло напряжение. Некоторое время было тихо, а потом все заговорили разом, проверяя свои экраны и пялясь в сторону моего стола. Через пару минут накал достиг апогея, исходная фракция «Медифлюкса» перегруппировалась и начала забрасывать меня комментариями.

— Дружище, искренне сочувствую.

— Готовь денежки!

— Неудачник!

Я не обращал на их насмешки внимания, воплощая в жизнь свою стратегию сыграть на «Медифлюксе» на понижение, при этом присматривая за другими позициями. Цена на «Медифлюкс» продолжала расти, достигла 51 пункта, и там, похоже, замерла. Джей снова пихнул меня и пожал плечами, мол, объясни, зачем на понижение-то?

— Это всё шумиха, — сказал я. — Что — пара мышей с раком в какой-то лаборатории у чёрта на куличках сели в постели и попросили чаю, и вот нас накрывает покупательная лихорадка? — Я покачал головой. — А потом, вот они разрабатывают белок, а когда он получит коммерческое применение? Через пять лет? Через десять?

Джей внезапно стал беспокоен и углубился в себя.

— К тому же, — сказал я, указывая на свой экран. — «Айбен-Химкорп» полгода назад отказалась от поглощения «Медифлюкс», ничем это не мотивировав — об этом уже никто не вспоминает?

Я видел, как он стремительно обрабатывает информацию.

— Это замок на песке, Джей.

Он обернулся к парню рядом с собой и начал шептать. Скоро — когда мой анализ разошёлся по комнате — сгустились тёмные облака неуверенности.

По последовавшему шквалу бормотания и кликанья стало очевидно, что появились два лагеря — одни трейдеры решили держаться за акции, а другие присоединились ко мне в игре на понижение. Джей и парень рядом с ним сменили свои позиции. Бейсболки совершили тот же шаг, но от комментариев воздержались — по крайней мере, вслух. Я согнулся над своим терминалом, помалкивая в тряпочку, хотя атмосфера и наэлектризовалась, принеся ощущение, что я ворвался в местную экосистему с претензией на власть. Я ничего этого не планировал, но суть в том, что я был убеждён: МЕДКС — это облом, и оставалось это подтвердить.