Читаем Области тьмы полностью

Я убрал телефон и медленно побрёл в конференц-зал. Этвуд и Блум стояли вместе на подиуме и отвечали на вопросы. Мне до сих пор было сложно сосредоточиться на происходящем, потому что это происшествие на пятнадцатом этаже — галлюцинация, видение, неважно — пылало у меня в голове и не пускало в мысли ничего больше. Я не знал, что случилось между Донателлой Альварез и мной в ту ночь, но подозревал, что проявление вины и неуверенности — это лишь вершина громадного айсберга.

Когда на все вопросы были даны ответы и встреча закончилась, толпа начала рассасываться, но от этого суеты и хаоса стало только больше, журналисты из «Business Week» и «Time» бродили по комнате и искали, у кого бы получить комментарии, а руководители компаний смеялись и хлопали друг друга по спине. В какой-то момент Хэнк Этвуд повернулся и хлопнул меня по спине. Потом развернулся и с вытянутой рукой тыкнул пальцем в меня.

— Будущее, Эдди, будущее.

Я изобразил полуулыбку, и он ушёл.

Потом люди из «Ван Лун и Партнёры» обсуждали, куда можно пойти пообедать, отметить сделку, но на это меня уже не хватило. Событий этого дня с головой хватило, чтобы вызвать полноценную тревожную атаку, и я не хотел делать ничего, что может её спровоцировать.

Поэтому, не говоря никому ни слова, я развернулся и вышел из конференц-зала. Пересёк атриум и вестибюль и просто вышел из отеля на Пятьдесят Шестую улицу. Снаружи стоял тёплый вечер, и воздух был наполнен приглушённым рёвом города. Я свернул на Пятую-авеню и встал перед Башней Трампа, стоял и смотрел через три квартала на Пятьдесят Девятую улицу — на Грэнд-Арми-Плаза и на уголок Центрального Парка. Почему Дэйв Моргенталер выбрал это место для встречи? Такое открытое место?

Я развернулся и посмотрел в другую сторону, на поток машин, стихающий и нарастающий, на параллельные линии домов, сливающиеся вдалеке, в некой невидимой точке.

И пошёл в том направлении. До меня дошло, что Ван Лун будет искать меня, так что я вытащил телефон и отключил. Так я и шёл по Пятой-авеню, и в конце концов дошёл до Тридцать Четвёртой улицы. Через пару кварталов я оказался невдалеке от своего дома — как называется этот район? Челси? Швейный квартал? Хуй два теперь скажешь.

Я остановился около пошленького бара на Десятой-авеню и зашёл внутрь.

Сел за стойку и заказал «Джек Дэниеле». В баре было почти пусто. Бармен налил мне виски, и снова вернулся к телевизору. Тот был привинчен высоко над дверью, ведущей в мужской туалет, показывали комедию положений. Минут через пять — за которые он засмеялся только один раз — бармен взял пульт и начал переключать каналы. В какой-то момент я мельком увидел логотип MCL-Parnassus и сказал:

— Стой, переключи назад на секундочку.

Он переключил назад и посмотрел на меня, по-прежнему направляя пульт на телик. Шёл новостной репортаж с пресс-конференции.

— Подожди минутку, интересно, — сказал я.

— Сначала секундочку, теперь минутку, господи, — сказал он нетерпеливо.

Я уставился на него.

— Только этот кусок новостей, договорились? Спасибо. Он плюхнул пульт на стойку и поднял руки. Потом мы оба повернулись к экрану.

Дэн Блум стоял на подиуме, и закадровый голос расписывал масштаб и значение объявленного поглощения, камера медленно двигалась направо, захватывая руководителей «Абраксас», сидящих за столом. На заднем фоне было видно логотип компании, но не только его. Ещё там стояли люди, и одним из них был я. Когда камера двигалась слева направо, я промелькнул на экране справа налево, а потом исчез. Но за эти несколько секунд меня ясно было видно, как на опознании в полиции — моё лицо, глаза, синий галстук и угольно-серый костюм.

Бармен посмотрел на меня, явно что-то осознав. Потом снова на экран, но показывали уже студию. Потом он снова посмотрел на меня с тупым выражением на лице. Я поднял стакан и осушил.

— Теперь можешь переключать канал, — сказал я.

Потом положил двадцатку на стойку, встал с табуретки и ушёл.

На следующее утро я поймал такси до Пятьдесят Девятой улицы, и по дороге репетировал, что скажу Дэйву Моргенталеру. Чтобы заинтересовать его, и при этом выиграть время, мне придётся пообещать ему образец МДТ. Потом я смогу начать искать подходы к «Айбен-Химкорп». Ещё я надеялся, что, поговорив с Моргенталером, смогу выяснить, к кому именно в «Айбен-Химкорп» имеет смысл обращаться. На Грэнд-Арми-Плазе я был без десяти десять, и стал прогуливаться, разглядывая отель. В мыслях у меня Ван Лун и поглощение остались далеко позади — по крайней мере в тот момент.

Через пять минут к обочине подкатило такси, и высокий, худой мужик чуть за пятьдесят вылез оттуда. Я сразу узнал его по фотографиям, которые видел в статьях в Сети. Я пошёл к нему, и хотя он увидел, как я приближаюсь, но продолжал разглядывать окрестности в поисках других возможных кандидатов. Потом снова перевёл взгляд на меня.

— Спинола? — спросил он. Я кивнул и протянул руку.

— Спасибо, что вы приехали. Мы пожали руки.

— Надеюсь, оно того стоит.