Читаем О Милтоне Эриксоне полностью

Каждый должен четко осознавать контекст терапевтического вмешательства. Например, Милтон Эриксон однажды изобрел процедуру, в которой мама садилась верхом на своего несдер­жанного сына, чтобы помочь ему стать менее агрессивным. По­зднее такая процедура была подхвачена рядом детских учрежде­ний как силовой способ принуждения детей вести себя опреде­ленным образом. Однако есть большая разница между любящей матерью, исправляющей ребенка для его же пользы и под руко­водством терапевта, и персоналом детского учреждения, отыг­рывающимся на ребенке под прикрытием помощи.

Тяжелые испытания, возникают ли они в результате случай­ных жизненных обстоятельств или целенаправленно создаются в ходе психотерапии, не имеют положительного эффекта сами по себе. Испытание может пойти на пользу, только когда оно ис­пользуется мастерски. Для применения этих техник требуется особое мастерство, впрочем как и для любого успешного лече­ния. Профессиональный разрез скальпелем резко отличается от тыканья ножом куда попало. Подобно этому, нечаянно заста­вить страдать человека — это одно; а создать ситуацию добро­вольного испытания — совершенно другое.

Этапы терапии испытанием

Как любое плановое лечение, терапия испытанием должна быть последовательным процессом, с тщательно продуманными этапами.

1) Испытание лучше работает, если опирается на ясно очерченную пробле­му. К примеру, клиента можно спросить, может ли он опре­делить разницу между нормальной тревожностью и чрезмер­ной тревожностью, от которой он хотел бы избавиться с по­мощью терапии. Каждый в определенных ситуациях волнует­ся, и разграничение должно быть четким, так как задание должно выполняться только при возникновении ненормаль­ной тревожности. Иногда разница становится заметнее после выполнения тягостного задания, и клиент начинает относить­ся к лечению более серьезно. Кто-то может использовать тя­желое испытание как средство от скуки или неполноты жиз­ни, как способ разнообразить жизнь, однако такого рода процедура должна проводиться с большей осторожностью, чем в случае испытания попроще, следующего за конкретным симптоматическим проявлением.

2) Если человек проходит через испытание, он должен действительно хотеть из­бавиться от существующей проблемы. Желание вылечиться не всегда присутствует к началу терапии. Терапевт должен помочь клиенту в развитии мотивации для столь решительного шага. Выказывая доброжелательную заинтересованность, терапевт должен сформировать у клиента готовность преодолеть пробле­му. Методы здесь те же, что и при убеждении клиента следовать указаниям терапевта, только с дополнительным уточнением, что выполнять задание будет неприятно. Обычно терапевт под­черкивает серьезность проблемы, обсуждает неудачные попытки избавиться от нее, представляет проблему в виде задачи, с ко­торой клиенту надо решительно справиться, и делает особое ударение на том, что тяжелое испытание — это стандартный и всегда успешный прием.

Важным стимулом для многих клиентов в такой ситуации яв­ляется желание пройти через испытание, чтобы доказать, что терапевт не прав. Такие люди, как правило, уже испробовали множество способов избавиться от своей проблемы; и если тера­певт настаивает на том, что именно его метод сработает, клиен­ту поверить в это нелегко. Однако единственный способ опро­вергнуть это — пройти испытание. В результате достигается те­рапевтический эффект.

Еще один способ мотивации — сказать клиенту, что возмож­ность излечения существует, но реализовать ее можно, только если клиент заранее согласится выполнить требуемое. Иногда клиентам предлагается прийти снова через неделю, но только если они будут готовы выполнить то, что им предпишут. Заинт­ригованные возможностью излечения, но не верящие в это, они попадают в ситуацию, когда должны согласиться что-то сделать только ради того, чтобы выяснить, что же это такое. И таким образом они вынуждены выполнять задание.

Не следует забывать, что больнство испытаний эффектив­ны только в связи с терапевтом. Они выполняются либо для до­казательства неправоты терапевта, либо ради подтверждения того, что быстрое излечение произошло именно благодаря этому терапевту. Типичный случай, например, когда терапевт просит клиента не спать всю ночь или же проснуться среди ночи и час убирать квартиру. И всегда при этом подчеркивается, что сам- то терапевт этого делать не будет. Терапевт может сказать: “По­нимаю, как нелегко просыпаться среди ночи. Ведь сам я так люблю крепко спать всю ночь напролет”. Соответственно, когда человек ночью бодрствует, он думает о терапевте, наслаждаю­щемся в это время сном.