Читаем О Милтоне Эриксоне полностью

Соответствующее перечисленным требованиям испытание может быть грубым, как каменный топор, или искусным и тон­ким, как скальпель хирурга. Оно может быть стандартным для лечения ряда проблем. Или же может быть тщательно разрабо­тано для конкретного человека или семьи и ни для кого больше. Примером стандартного испытания может быть занятие физ­культурой среди ночи каждый раз, когда накануне днем случа­ется симптом. Описание примеров испытаний, придуманных для конкретных клиентов, займет слишком много места. При­меры испытаний для конкретных клиентов читатели найдут в данной главе.

И последний момент: иногда клиенту нужно несколько раз пройти через испытание, чтобы избавиться от симптома. В других случаях для излечения достаточно одной лишь угрозы вы­полнения задания. То есть, когда терапевт разрабатывает про­цедуру тяжелого испытания и пациент соглашается выполнить его, он или она часто забывают о симптоме еще до начала вы­полнения задания.

Виды тяжелых испытаний

Ниже перечислено несколько видов испытаний с иллюстри­рующими их примерами.

Терапевт определяет пробле­му и требует, чтобы каждый раз, когда клиент с ней сталкива­ется, он выполнял определенное задание, четко и ясно сфор­мулированное. Во время беседы терапевт выясняет, часто даже не объясняя клиенту цели, чем полезным ему следует больше заниматься. Типичный ответ — физические упражнения. Тогда терапевт дает клиенту задание выполнять определенное количе­ство упражнений каждый раз, когда проявляется мучающий его симптом. Лучше всего, чтобы эти упражнения делались посреди ночи. То есть человек идет спать, ставя будильник на три часа ночи, затем просыпается и выполняет упражнения. Затем он снова ложится спать, и наутро вся процедура кажется сном или, скорее, кошмарным сном. Упражнения должны быть дос­таточно тяжелыми, чтобы на следующий день в мышцах ощуща­лась натруженность.

Приведу пример. Человеку, испытывавшему сильное волне­ние и тревогу во время публичных выступлений (необходимых ему по работе), я предписал делать физические упражнения каждую ночь в те дни, когда он волновался больше, чем следо­вало. Упражнения должны были быть достаточно интенсивны­ми, чтобы на следующий день во время выступления чувствова­лась боль в мышцах. Прошло немного времени, и он стал на удивление спокойным оратором. Подобный прием я узнал от доктора Эриксона, описавшего процедуру подобного типа, в которой упор делался на использование физической энергии:

“У одного моего пациента была ритуальная реакция на телевыступления — фобическая и паническая: за пятнад­цать минут до выступления он с трудом говорил, задыхал­ся, и сердце выпрыгивало из его груди. Но со словами: “Вы в эфире” — все симптомы исчезали, и он легко и не­принужденно вещал по телевидению. Однако с каждым днем ему становилось все хуже и хуже. Поначалу период волнения длился одну-две минуты; к тому времени, когда он обратился ко мне, это растянулось до пятнадцати ми­нут. Клиент опасался, что реакция может увеличиться до двадцати минут, до получаса, до часа и начнет мешать его работе на телевидении. На следующий день я выяснил его “сонные” привычки и объяснил, что проблема коренится в переизбытке энергии. Как и следовало ожидать, его сон также был превращен в ритуал. Он всегда ложился в одно и то время. Всегда вставал в одно и то же время. Когда я понял, как много энергии бьется у него внутри, я спро­сил, почему бы не использовать энергию, которую он так бездарно тратил (Эриксон демонстрирует тяжелое, преры­вистое дыхание)? Сколько приседаний могло бы ежеднев­но понадобиться? Я сказал ему, что не знаю точно, сколько энергии на это уйдет, но думаю, следует начать с двадцати пяти (по утрам, перед выходом на работу), хотя я считал, что требуется по меньшей мере сто приседаний. Но он мог начать лишь с двадцати пяти... Занятие-то, во­обще говоря, мало приятное... На следующий день он не мог нормально ходить, и боль в мышцах постоянно напо­минала ему о том, что он израсходовал массу энергии. А на это сил не осталось (демонстрирует тяжелое дыхание). Он полюбил этот способ расходования энергии. Он делал полуприседания, глубокие приседания и считал, что они весьма полезны для потери веса. Затем он начал зани­маться в спортзале, и посещение спортзала стало его ежедневным ритуалом.