Читаем О любви и боле полностью

Многие чертовски любят обвинять в своих настроениях, решениях, поступках других людей. Порой эти обвинения явно проявляют свою нелепость, но чаще всего — это не так явно. Мы можем себе представить, как один человек (скажем, Джон) украл у другого человека (положим, Алана) что-то ценное. И предположим, что Алан узнает об этом. Как он может подействовать? Вариантов очень много, давайте разберем пять из них:

   1. Алан может не делать ничего

   2. Алан может прийти и сказать: «Зачем воровать? Я бы и так отдал, стоило просто попросить»

   3. Он может прийти и потребовать вернуть вещь

   4. Может ворваться в дом, разгромить все, сломать Джону ноги, забрать вещь и стребовать «возмещение морального ущерба»

   5. Ну и последняя крайность — он может просто убить Джона

Итак, виноват ли Джон в решениях Алана? Вообще, «Джон виноват в решении №1» — это утверждение столь же разумно, сколь и утверждение «Джон виноват в решении №5». Общество гангстеров и маргиналов скажет, что Джон сам виноват в решениях №№4-5 — стоило подумать, прежде, чем обворовывать психованного бандюгу Алана (если предположить, что мы — в обществе гангстеров, а Алан — реально псих). Но если отбросить синтетические оправдания, то становится ясно, что единственная вина Джона — реальная вина — в том, что он — украл. Он не принимал решений за Алана, он не принимал решения сломать себе ноги или высадить себе мозг из дробовика. У Алана была масса возможностей на это отреагировать, и когда настал момент проявлять реакцию — настало время его выбора, а не выбора Джона, так что обвинять Джона в мозгах на стене — просто глупо. Не менее глупо, чем обвинять дождь в протекающей крыше; дождь просто идет; он виноват в том, что он идет — вероятно; но он не виноват в том, что строитель сделал плохую крышу. Джон — не виноват в том, что Алан — псих, он виноват исключительно в краже.

Приведенные выше примеры — сильное упрощение, но оно дает возможность проиллюстрировать идею достаточно ярко. Чаще всего обвинения имеют иной вид, менее «острый». Кто-то обвиняет другого в своем плохом настроении, кто-то — в том, что потратил слишком много денег.

Но что такое, по сути, плохое настроение? Это психологическая реакция на раздражение. Это — личная реакция. Она похожа на реакцию на пчел и комаров: кто-то начинает орать и размахивать руками, а кто-то — вообще ничего не проявляет. Как можно обвинять других в том, что у тебя проявляется именно такая реакция, что у тебя именно такой характер? Тут можно сказать в ответ: «Эй, не обвиняй меня в этом. Обвиняй меня в том, что к этому привело, но не смей меня обвинять в своем плохом настроении! Я не виноват, что ты вовремя не обратился к психиатру, не поправил гормональный фон, не сделал хоть что-нибудь, чтобы быть терпимее! Моей вины в этом нет, моя вина в другом!»

А уж с растратой денег — это вообще смешно. Понятно, если бы тот, кого обвиняли — воровал или грабил; хотя, и тогда его можно было бы обвинить в грабеже или воровстве, но не в растрате. Но я-то сейчас говорю о другой ситуации, когда кто-то в вину ставит свои добровольные траты, когда сам выбрал производить эти траты. Да, может, он выбрал траты на лечение того, кого обвиняет — и уверен, что иначе нельзя. Но, увы, простите за цинизм, можно. И винить того, на чье лечение потрачены деньги, потрачены добровольно в потере этих самых денег — чертовски глупо, хоть и очень по-людски, и многие даже не заметят тут подвоха. Может, тот, на кого тратились, совершает рецидив — скажем, его лечили от наркозависимости и он снова сел на наркотики; но его вины в растрате все равно нет, он виноват только в рецидиве.

Ясное дело, что живем мы не в идеальном мире. И часто до человека невозможно донести что бы то ни было без подмены понятий и тому подобного. Но по мне так — оправдывать что угодно неидеальностью мира — это такое действие, которое всегда сильно мешает миру становиться идеальным. Если мы очистимся от «обвинительного шлака», перестанем винить в своих выборах, поступках, настроениях других — мир идеальным, конечно, не станет; но он определенно сделает хоть маленький, а шажок к идеалу.

Дятел, или Когда человек стремится к счастью и при этом страдает

Когда человек стремится к счастью и при этом страдает, страдает тогда, когда стоило бы ему быть счастливым — почему он не останавливается? Не останавливается и не задумывается о том, что, вероятно, ищет он не там и не то. Почему он продолжает с упорством дятла долбить одно и то же, почему не понимает, что доставляет себе и другим страдание тем, что не может просто отступиться, расслабиться и задуматься — а на то ли он тратит свои силы и время, а того ли, что ему реально надо, он пытается добиться?

Как просто звучат вопросы. Как сложно на них ответить.

И совершенно невозможно понять, что ты стал тем самым дятлом, который бьется клювом в фонарный столб, силясь пробить алюминиевую кору.

Завел бы ты…

Перейти на страницу:

Похожие книги

188 дней и ночей
188 дней и ночей

«188 дней и ночей» представляют для Вишневского, автора поразительных международных бестселлеров «Повторение судьбы» и «Одиночество в Сети», сборников «Любовница», «Мартина» и «Постель», очередной смелый эксперимент: книга написана в соавторстве, на два голоса. Он — популярный писатель, она — главный редактор женского журнала. Они пишут друг другу письма по электронной почте. Комментируя жизнь за окном, они обсуждают массу тем, она — как воинствующая феминистка, он — как мужчина, превозносящий женщин. Любовь, Бог, верность, старость, пластическая хирургия, гомосексуальность, виагра, порнография, литература, музыка — ничто не ускользает от их цепкого взгляда…

Малгожата Домагалик , Януш Вишневский , Януш Леон Вишневский

Публицистика / Семейные отношения, секс / Дом и досуг / Документальное / Образовательная литература
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Льюис , Бернард Луис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное
Царь славян
Царь славян

НАШЕЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ СЕМЬ ВЕКОВ!Таков сенсационный вывод последних исследований Г.В. Носовского и А.Т. Фоменко в области хронологии и реконструкции средневековой истории. Новые результаты, полученные авторами в 2003–2004 годах, позволяют иначе взглянуть на место русского православия в христианстве. В частности, выясняется, что Русь была крещена самим Христом в XII веке н. э. А первый век от Рождества Христова оказывается XIII веком н. э. Авторы совершенно не касаются вопросов веры и богословия и не обсуждают ни одного из церковных догматов. В книге затрагиваются исключительно вопросы историко-хронологического характера. Предлагаемая реконструкция является пока предположительной, однако, авторы гарантируют точность и надёжность вычисленных ими датировок.Книга «Царь Славян» посвящена новой, полученной авторами в 2003 году, датировке Рождества Христова 1152 годом н. э. и реконструкции истории XII века, вытекающей из этой датировки. Книга содержит только новые результаты, полученные авторами в 2003 году. Здесь они публикуются впервые.Датировка эпохи Христа, излагаемая в настоящей книге, является окончательной, поскольку получена с помощью независимых астрономических методов. Она находится в идеальном соответствии со статистическими параллелизмами, что позволяет в целом завершить реконструкцию письменной истории человечества, доведя её до эпохи зарождения письменности в X–XI веках. Новый шаг в реконструкции всеобщей истории, изложенный в книге, позволяет совсем по-другому взглянуть на место русского православия в христианстве.Авторы совершенно не касаются вопросов веры и богословия и, в частности, не обсуждают ни одного из церковных догматов. В книге затрагиваются исключительно вопросы историко-хронологического характера. Как отмечают авторы, предлагаемая ими реконструкция является пока предположительной. В то же время, авторы отвечают за точность и надёжность вычисленных ими датировок.Книга предназначена для самого широкого круга читателей, интересующихся историей христианства, историей Руси и новыми открытиями в области новой хронологии.

Анатолий Тимофеевич Фоменко , Глеб Владимирович Носовский

Публицистика
Формула бессмертия
Формула бессмертия

Существует ли возможность преодоления конечности физического существования человека, сохранения его знаний, духовного и интеллектуального мира?Как чувствует себя голова профессора Доуэля?Что такое наше сознание и влияет ли оно на «объективную реальность»?Александр Никонов, твердый и последовательный материалист, атеист и прагматик, исследует извечную мечту человечества о бессмертии. Опираясь, как обычно, на обширнейший фактический материал, автор разыгрывает с проблемой бренности нашей земной жизни классическую шахматную четырехходовку. Гроссмейстеру ассистируют великие физики, известные медики, психологи, социологи, участники и свидетели различных невероятных событий и феноменов, а также такой авторитет, как Карлос Кастанеда.Исход партии, разумеется, предрешен.Но как увлекательна игра!

Михаил Александрович Михеев , Александр Петрович Никонов , Сергей Анатольевич Пономаренко , Анатолий Днепров , Сергей А. Пономаренко

Детективы / Публицистика / Фантастика / Фэнтези / Юмор / Юмористическая проза / Прочие Детективы / Документальное