Читаем Новый Мир, 2000 №03 полностью

Кашею три раза в день кормили.

Где отец и мать? Их жизнь пропала.

Умерли на воле иль в неволе?

Я росла, учительницей стала

И учу детей в той самой школе.

* *

*

Все люди — живопись, а я чертежик,

Меня в тетрадке вывел карандаш,

При этом обе ручки ниже ножек,

Кому такое зрелище продашь?

Все люди — письмена, а я описка,

Меня легко резинкою стереть.

Я чувствую: мое спасенье близко,

Но чтоб спастись, я должен умереть.

После дождя

Что-то прелестное есть в человеке,

Даже когда он бесчестен и глуп.

Пусть закрывают умершему веки, —

Мир не душа покидает, а труп.

Грешные люди, себя не печальте,

Вы не забудете даже в аду

Желтые листья на мокром асфальте

После дождя в предосеннем саду.

Одно мгновенье

Тот, кто увидел и услышал Бога,

Кто нам поведал: “Он таков”, —

Был отпрыском грешившего премного

Изготовителя божков.

Средь глиняных он вырос изваяний —

Аврам, еще не Авраам,

Но он познал Познанье всех Познаний

И глиняный разрушил хлам.

Узнал: “Вас будут презирать, и в гетто

Загонят вас, загонят в печь,

Но к вам, когда состарится планета,

Придет Мессия, молвит речь :

„Пришел. Спасу. Но избегу жалеть я

Лжеца, убийцу, подлеца””.

С тех пор прошли для нас тысячелетья —

Одно мгновенье для Творца.

* *

*

Ветерок колышет ветки

Молодой оливы,

Я сижу в полубеседке,

Старый и счастливый.

Важных вижу я прохожих

В шляпах и ермолках,

Почему-то чем-то схожих

С книгами на полках.

Звук услышан и оборван, —

Это здесь не внове:

За углом автобус взорван

Братьями по крови.

Осенний сад

Проснусь, улыбнусь наяву:

Оказывается, живу!

В окне ветерок так прилежно

Качает листву.

Неспешно в осеннем саду

Неровным асфальтом иду,

Упавшие с дерева звезды

Желтеют в пруду.

Настойчива дней череда.

Придут в этот сад холода,

А звезды взметнутся на небо,

Блестя, как всегда.

Поздний вечер

Свет становится частью

Мира, данного мне.

Зверь с разинутой пастью —

Это тень на стене.

Лампа скоро погаснет,

Посижу в темноте.

Мысль я понял простую,

Как ненужный сапог:

Жизнь я прожил впустую,

А иначе не мог.

Ничего не достиг я,

Ну а что я постиг?

Я предчувствую: бредням

Наступает конец,

Я в мгновенье последнем

Не засну, как глупец,

Я уйду с постиженьем

Окружающих лиц.

Песок

Травка, что нежнее шелка,

Кланяется ветерку,

И старательная пчелка

Устремляется к цветку.

В среднеазиатском мире

Вижу: в белом далеке

Хлопок взвешивают гири,

Побелев, как в молоке.

Здесь в былые мчались годы

Басмачи, большевики.

Будет день — погубят всходы

Новые боевики.

Топот близится отряда,

Движется наискосок

Этот ненавистник сада —

Истребительный песок.

* *

*

Истоки нашего безумия —

Суть непредвиденность утрат.

Ученые нам говорят:

При извержения Везувия