Читаем Новые карты Ада полностью

На десятый день, измученный ночными кошмарами, Василий лежал на кровати и ждал. Время растянулось, подобно армии Суворова, бредущей через Альпы. Тишина. Василий посмотрел на часы. 6:03. Тишина. Он сел на кровати. Что-то недоброе было в этой тишине, неправильное. а цыпочках он подошел к двери и стараясь не щелкать замком приоткрыл ее. Кошка была. Там. Молчаливым сфинксом она сидела на своем обычном месте, не мигая смотрела на высунувшуюся из-за двери измученую физиономию Василия и молчала. Все еще не веря, Василий шагнул в подъезд и протянул руку. - "Кыс-кыс", - неуверенно произнес он. Кошка не шелохнулась. Рука коснулась серой шерсти. Кошка молчала. Рука сомкнулась вокруг шеи стальной цепью, она уже не смогла бы закричать. Одним слаженным движением Василий притянул кошку к себе и, развернувшись на сто восемьдесят, градусов швырнул ее внутрь своей квартиры по направлению к окну. Зазвенело разбитое стекло; подобно комете, с хвостом из блестящих осколков кошка отправилась в последний путь. а доли секунды она зависла в воздухе, растопырив лапы, подобно крылам и пытаясь рулить хвостом, а потом ухнула вниз с высоты восьмого этажа. Удар молотком по жести и последовавший за ним дикий звериный крик возвестили миру о месте посадки. Василий стоял и тупо смотрел на разбитое окно. Он видимо еще не до конца осознал, что произошло, и действовал чисто инстинктивно. Потом до него дошло, по лицу расползлась улыбка блаженства, а в душе воцарился покой. о это состояние длилось недолго. Крик, полный боли крик жестоко раненого живого существа внезапно черным когтем вонзился в мозг, ломая и уродуя остатки границы между здравым смыслом и серыми камнями. И тогда он тоже закричал, закричал как только может кричать человек, в котором уже не осталось ничего человеческого. Крича, он стартовал от двери и тараном ударил в уже изуродованное оконное стекло.

Деморализатор Blur Beetlebum

...собачье. Сплошная деградация. Кровь и сопли. Когда я смотрю на мир с высоты своего этажа, я вижу только это. Может, у меня душа отличается от тех кто видит цветы на помойках и слышит звуки музыки в реве автомобилей? ет, душа у меня ничем подобным не грешит. У меня...

Mylene Farmer Alise

...были чудные волосы, длинные, черные, как шоссе после дождя. Они опускались ниже зада, волнистые, мягкие на вид и на ощупь. Когда она обнажалась передо мной, ее белое тело словно окутывала черная дымка, и сквозь нее алели напряженные соски грудей. Она любила чтобы я был сзади, чтобы я намотал ее роскошь на кулак как гриву необъезженой лошади. Ее это заводило. е видеть моего лица, закрыть глаза и представлять в распаленном страстью воображении кого угодно, от Чингиз-хана до Исуса Христа. Извечное женское "все время искать что-то", что-то новое; не находить, жалеть о потерянном, либо в лице нового получать то же, что и было раньше, и заниматься самообманом. Поиск Совершенства обычно приводит к находке Посредственности. Она всегда...

Людвиг ван Бетховен - концерт №1 для ф-но с оркестром, до мажор соч.15 Rondo. Allegro scherzando.

...сидела перед зеркалом и волосы мертвой кучей валялись у ее ног. Стриженый затылок, гибкая шея бархатная спина - такие беззащитные, прекрасные, прекрасные той красотой, с некоторой долей уродства, которая так привлекает. Она сидела и любовалась обновлением, как змея любуется собой, сбросив старую кожу. Я стоял около двери и смотрел на нее. И чем больше я на нее смотрел, тем больше понимал, за что я ее люблю. Обычно на вопрос "Ты за что ее любишь?" трудно ответить. о я мог. Я любил ее за ее волосы, ни у кого таких не было, и к моей любви примешивалось чувство гордости, что я обладаю подобным сокровищем. А, может, это было только чувство гордости?

Она, видимо, слышала как я вошел, но не повернулась, она была слишком занята собой. Поводила над головой руками, что-то чертила пальцем на стекле, а у ее ног лежала мертвая женщина. Та, которую я любил.

- Как я тебе нравлюсь?

- Зачем ты это сделала?

- е знаю, захотелось новизны, удивить тебя.

- Считай что удивила.

- Тебе не нравится? Она не повернула головы, но плавные движения рук замедлились.

- Да как сказать, лучше бы ты отрезала себе руки и ноги, тогда могла бы претендовать на роль статуи Венеры Миллоской.

- Да ты...

Beastie Boys The new style

...и проносящаяся за окном ночь. Встречный ветер через открытое окно вдувал в голову всякую поэтическую мутоту насчет фар, режущих тьму, и машины, как зверь пожирающей мили. ас было четверо, четверо друзей Атос, Портос, Арамис и ваш покорный слуга д`Артаньян. Чтобы не было проблем с обращениями, я не только представлю вам своих друзей, но и опишу их, насколько позволяет моя скудная фантазия. Это будет, я уверен, достаточно точное описание, точное и богатое эмоционально, не так сухо, как в полицейском протоколе. Сначала собственно я.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Обитель
Обитель

Захар Прилепин — прозаик, публицист, музыкант, обладатель премий «Национальный бестселлер», «СуперНацБест» и «Ясная Поляна»… Известность ему принесли романы «Патологии» (о войне в Чечне) и «Санькя»(о молодых нацболах), «пацанские» рассказы — «Грех» и «Ботинки, полные горячей водкой». В новом романе «Обитель» писатель обращается к другому времени и другому опыту.Соловки, конец двадцатых годов. Широкое полотно босховского размаха, с десятками персонажей, с отчетливыми следами прошлого и отблесками гроз будущего — и целая жизнь, уместившаяся в одну осень. Молодой человек двадцати семи лет от роду, оказавшийся в лагере. Величественная природа — и клубок человеческих судеб, где невозможно отличить палачей от жертв. Трагическая история одной любви — и история всей страны с ее болью, кровью, ненавистью, отраженная в Соловецком острове, как в зеркале.

Захар Прилепин

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Роман / Современная проза
Ханна
Ханна

Книга современного французского писателя Поля-Лу Сулитцера повествует о судьбе удивительной женщины. Героиня этого романа сумела вырваться из нищеты, окружавшей ее с детства, и стать признанной «королевой» знаменитой французской косметики, одной из повелительниц мирового рынка высокой моды,Но прежде чем взойти на вершину жизненного успеха, молодой честолюбивой женщине пришлось преодолеть тяжелые испытания. Множество лишений и невзгод ждало Ханну на пути в далекую Австралию, куда она отправилась за своей мечтой. Жажда жизни, неуемная страсть к новым приключениям, стремление развить свой успех влекут ее в столицу мирового бизнеса — Нью-Йорк. В стремительную орбиту ее жизни вовлечено множество блистательных мужчин, но Ханна с детских лет верна своей первой, единственной и безнадежной любви…

Анна Михайловна Бобылева , Поль-Лу Сулицер , Мэлэши Уайтэйкер , Лорен Оливер , Кэтрин Ласки , Поль-Лу Сулитцер

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Приключения в современном мире / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Самиздат, сетевая литература / Фэнтези / Современная проза
Медвежий угол
Медвежий угол

Захолустный Бьорнстад – Медвежий город – затерян в северной шведской глуши: дальше только непроходимые леса. Когда-то здесь кипела жизнь, а теперь царят безработица и безысходность. Последняя надежда жителей – местный юниорский хоккейный клуб, когда-то занявший второе место в чемпионате страны. Хоккей в Бьорнстаде – не просто спорт: вокруг него кипят нешуточные страсти, на нем завязаны все интересы, от него зависит, как сложатся судьбы. День победы в матче четвертьфинала стал самым счастливым и для города, и для руководства клуба, и для команды, и для ее семнадцатилетнего капитана Кевина Эрдаля. Но для пятнадцатилетней Маи Эриксон и ее родителей это был страшный день, перевернувший всю их жизнь…Перед каждым жителем города встала необходимость сделать моральный выбор, ответить на вопрос: какую цену ты готов заплатить за победу?

Фредрик Бакман

Современная русская и зарубежная проза
Белая голубка Кордовы
Белая голубка Кордовы

Дина Ильинична Рубина — израильская русскоязычная писательница и драматург. Родилась в Ташкенте. Новый, седьмой роман Д. Рубиной открывает особый этап в ее творчестве.Воистину, ни один человек на земле не способен сказать — кто он.Гений подделки, влюбленный в живопись. Фальсификатор с душою истинного художника. Благородный авантюрист, эдакий Робин Гуд от искусства, блистательный интеллектуал и обаятельный мошенник, — новый в литературе и неотразимый образ главного героя романа «Белая голубка Кордовы».Трагическая и авантюрная судьба Захара Кордовина выстраивает сюжет его жизни в стиле захватывающего триллера. События следуют одно за другим, буквально не давая вздохнуть ни герою, ни читателям. Винница и Питер, Иерусалим и Рим, Толедо, Кордова и Ватикан изображены автором с завораживающей точностью деталей и поистине звенящей красотой.Оформление книги разработано знаменитым дизайнером Натальей Ярусовой.

Дина Ильинична Рубина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза