Читаем Новая опричнина полностью

При этом почти безупречная вежливость: если вы кого-то фотографируете и идет толпа, она встает вся, чтобы не пересекать линию съемки. Если кто-то, не заметив, пересек, он будет извиняться или быстро убежит, потому что ему будет стыдно и неловко.

* * *

ЭКСПО сегодня – это выставка, на которой надо показать образ страны. Если кто-то хочет изобразить в павильоне интеллектуальные достижения, он сильно ошибается: ЭКСПО – всемирная выставка, но стран, а не достижений науки и техники. Это не ВВЦ.

Большое счастье, что мы проиграли в конкурсе на организацию ЭКСПО-2010: у нас на ВВЦ, боюсь, было бы убожество – я просто помню, как правительство готовилось и как участвовало в этом соревновании. Мы и не могли выиграть, потому что вся подготовка к конкурсу была откровенно убогой и авральной, никто толком ни о чем всерьез не думал.

Победи мы – на ВВЦ сделали бы что-нибудь на два порядка хуже, чем сделали китайцы в Шанхае, и для продвижения образа России это было бы намного хуже, чем то, что получилось.

Я принципиально не говорю о российской реальности: я говорю о совершенно ином – об эффективности нашей пропаганды в Шанхае. О подаче образа не инновации, модернизации и индустриализации, которая началась, кстати, в двадцатых годах прошлого века, а о привлекательной подаче образа страны.

С ужасом ожидал увидеть в нашем павильоне портреты Путина и Медведева и понять, что это в стиле даже не Ирана, а Таджикистана, – и понял, что в павильоне России для них принципиально нет места.

Наш павильон – это высокоэффективная пропаганда.

А о реальности на выставке говорить не приходится. Говорить, что экспозиция России на «ЭКСПО-2010» не отражает реального положения дел в стране, примерно так же разумно, как и сетовать, что сказки братьев Гримм не отражают трудностей перехода от феодального общества к капиталистическому в Западной Европе. Их можно рассматривать и с этой точки зрения, конечно, но сказки, как и выставки, – это просто другой жанр.

Когда сняли «Кубанские казаки» о жизни тогдашних колхозников, наибольшим успехом этот фильм пользовался как раз в деревнях, где его смотрели и просили еще, воспринимая как сказку о светлом будущем, как обещание: так вы будете жить через пять-десять лет.

Документалистика и мечта – разные жанры. И то, что для ЭКСПО выбрали жанр сказки, учитывая скудость фактического материала, – абсолютно правильный выбор.

Наш павильон – погружение в детство. Россия показывает себя как страна, которая мечтает и думает о детях и с детьми.

Да, я знаю, что это неправда, но это можно и нужно делать правдой. Мечта – первый шаг к правде, самый первый и на самом деле самый важный.

И когда вы уже выходите из павильона, прямо перед вашими глазами оказывается доска с краткой информацией о Внешэкономбанке и становится понятно, что все это сделано им и, возможно, на прокрутку ваших же пенсионных денег. Но воздействие павильона таково, что даже эта доска не особо бьет по нервам. Мне не важно, сколько они положили себе в карман, если положили, – они все равно сделали хорошую, важную работу.

И, покинув экспозицию в полностью разнеженном состоянии, человек попадает в святая святых – в сувенирную лавку, где его начинают тактично и культурно «разводить на бабки». Сначала продается хохлома по абсолютно чудовищным ценам… И, кстати, там я не смог удержаться и просто заржал… Это нужно умудриться: там огромные экраны, на которых транслируется рекламный фильм. Рядом висят на стене четыре или шесть экранов, и на них на всех идет один и тот же рекламный фильм.

Красивый фильм, со слоганами, с образами, – только он на русском языке и без перевода. Там нет не то что китайского перевода или субтитров – там даже английских субтитров нет.

А за прилавками вас обслуживают очень вежливые люди. Студенты-китаисты, как я понимаю. Хороший китайский, очень приятные лица. Я ожидал обычного для совкового сервиса, который воцарился у нас в 2000-е годы, трамвайного хамства, но увидел только предельную доброжелательность и искреннее старание помочь. Это очень редко бывает в Москве в сфере услуг. Может быть, потому что китайский язык сложный, и люди, которые его изучают, тем самым уже проходят очень жесткий первичный отбор.

Помимо беспросветной хохломы, там продаются товары и по вполне разумным ценам. Маечки с символикой, сувениры, и среди них – символ нашего павильона, Незнайка. Первый раз Незнайка появляется только там, в экспозиции и на наружной рекламе его нет. Думаю, просто не договорились с обладателями прав на него, а может, и забыли договориться.