Читаем Ночные гоцы полностью

— «Переустройство», мисс Лэнгфорд, это обследование земельных угодий с целью оценить заново их сельскохозяйственную ценность и на этой основе определить размеры доходов, которые могут быть взысканы с них в качестве налогов. В процессе устройства и переустройства мы вскрываем и фиксируем множество фактов, касающихся земельной собственности. Это очень, очень долгое дело — арендованная территория насчитывает шесть тысяч девятьсот восемьдесят три квадратные мили — и завершится оно, когда я давно уже буду в отставке. Но оно крайне необходимо. Мы до сих пор работаем с данными, полученными от кишанпурских раджей, а они неточны просто на удивление. Мы должны будем определить тип почвы и оценить, какое воздействие оказывают улучшившиеся пути сообщения и ирригация. Например, когда в 1809 году мы арендовали территорию у Раванов, старые оросительные каналы были в полном запустении; часть из них мы привели в порядок и начали строить новые, лучшие. При составлении документов о переустройстве все это, и тысячу других вещей, надо будет принять в расчет. Это весьма любопытно. Смотрите.

Он протянул руку в висящей на стене карты, и, внезапно перейдя на нормальный английский язык, в нескольких доходчивых предложениях сделал ясными сложные законы, касающиеся земельных владений, доходов, и правил наследования, бытовавшие на арендованной территории. Он был краток и блестящ и даже Булстрод был вынужден кивнуть в знак одобрения. Но Кэролайн повела себя не совсем так, как ожидал Родни. Она, конечно, была заинтересована, но в тоже время, как ему показалось, испытывала что-то вроде ревности. Она все прекрасно поняла и ей хотелось использовать свой собственный ум для решения таких же важных и больших проблем, как эта. Но она знала, что находится в ловушке еще более безнадежной, чем Делламэн. Он мог вернуться в Англию (когда скопит свои деньги), завоевать признание на широкой английской сцене и в один прекрасный день стать ровней Пальмерстону, Гладстону и Дизраели. Но она не могла изменить свой пол или нарушить традицию, которая сковывала возможности женщин.

Булстрод подобрался, пролистнул бумаги и отрыгнул. В воцарившейся тишине он сказал:

— Простите, что прерываю вас, комиссар. У меня важное сообщение. Мисс Лэнгфорд, начнем с вас.

Делламэн резко опустился на стул. По лицу его словно провели рукой, и на нем появилось выражение сдержанной беспристрастности. Кэролайн третий раз за неделю рассказала свою историю. Родни продолжил, изо всех сил стараясь не смотреть на Делламэна, потому что не любил хладнокровно наносить раны, и не выносил вида извивающейся жертвы.

Слушая их рассказ, комиссар слегка побледнел; к концу он покрылся красными пятнами и поднял свои глаза навыкате на Булстрода. Он медленно заговорил:

— И вы, полковник, вы все это позволили? Вы за моей спиной отрядили свою кавалерию?

Джордж Булстрод поцыкал зубом и тяжело повернулся всем массивным телом, чтобы встретиться взглядом с комиссаром.

— Да.

Наступило долгое, безжалостное молчание. Родни не сводил глаз с пола. Было очевидно, что сейчас скажет Делламэн. И после долгой паузы он это сказал.

Он говорил твердо и уверенно. И если бы пухлые пальцы не теребили линейку черного дерева, если бы в голосе не появились привычные переливы, и если бы Булстрод не предсказал его речь с такой точностью, Родни бы с радостью ему поверил. Кэролайн была права, когда увидела, что он нуждается в помощи. Булстрод был прав, когда говорил, что взятки не имеют значения. Чарльз Делламэн управлял арендованной территорией Бховани лучше, чем кто бы то ни было. Таящийся внутри напуганный Делламэн каким-то образом понимал и землю, и людей. Мириадам, которыми он правил, было все равно, берет ли он взятки: он защищал их, и нес им мир и справедливость. Что значило все это дело по сравнению с переустройством земли, с задачей обеспечить доверие и процветание?

Делламэн говорил недолго. Он отрицал, что брал взятки или когда-либо закрывал глаза на какую-либо контрабандную торговлю. Что касается провоза оружия, то, по его словам, он был полностью осведомлен об этом; провоз был связан с таким щекотливым и секретным политическим обстоятельством, что его нельзя было доверить даже бумаге. Он был искренне поражен, узнав, что Серебряный гуру — англичанин, но рад это слышать, поскольку гуру играет важную роль в его переговорах, и он, Делламэн, отныне может быть уверен, что его доверие не будет обмануто…

В конце концов он перешел в наступление. Он перевел взгляд с Родни на Кэролайн, не обращая внимания на Пекхэма, и сказал тяжело и властно: