Читаем Ночной пленник полностью

— Все будет сложнее, чем я думал, но все равно будет так, как я хочу. Поэтому заканчивай упираться и рефлексировать и начинай рассуждать логически. Ты собиралась доверить ее этому монстру, так? Положиться на него на сто процентов? При этом ты уверена на все сто, что он не убьет вас обеих во время этого обращения или еще раньше? Он не такой уж уравновешенный, насколько я понял… Вполне может и сорваться… Думаю, ты уже на себе испытала его зверскую натуру… Не так ли?

— Тот портрет, что ты нарисовал, немногим отличается от тебя. — Ее глаза недобро сверкнули, а губы превратились в прямую линию.

— От меня? — немного опешил он. — Я никогда не убиваю спонтанно, волчонок. Я никогда не убиваю тех, кто мне нужен и кто мне верен. Он может убить, кого угодно, если проголодается. Насколько мне удалось понять вампиров, они очень умны и сильны физически, но их слабость в их голоде… Они, как акулы, идут на кровь, пьянеют от нее, выходят из-под контроля… В ней их сила и их слабость… Поэтому доверять ему я бы на твоем месте не стал.

— Это неправда! — выкрикнула девушка, сама не понимая себя, и отрицательно помотала головой, заставив себя усмехнуться над такой нелепостью. — Он не такой! И ему можно доверять.

Барон на этот раз взглянул на нее изумленно, будто что-то поняв.

— Ну вот… Ты уже его защищаешь… А между тем, скольких таких девчонок, как ты, он убил…

— А ты — без зазрения совести послал меня к такому, как он! — отрезала она, вся закипая. Барон ухмыльнулся, смеривая ее с ног до головы и будто оценивая заново.

— Сделал ставку на твою ангельскую мордашку, божественную фигурку и твою невинность, Марьяна… — протянул он горячим полушепотом, понимая, что на этот раз в кои-то веки искренне говорит о своих чувствах и ощущениях. — Если ты смогла зацепить меня, то почему бы не вампира?

На миг ему показалось, что она почувствовала исходящий от него жар и электрические разряды, поддавшись на улыбку, на страсть, на воспоминания о том их поцелуе в бассейне, когда она точно была готова на многое, а ему просто пришлось ее отпустить. Однако девушка прервала эту связь, отведя взгляд и непреклонно качнув головой.

— Звучит отвратительно лицемерно и цинично! — вынесла она свой приговор.

Барон собрался было что-то ответить, но в комнату вошла Елена, везя перед собой тележку с посудой, блюдами и приборами. На сей раз она была одета в классическое серое платье по фигуре со строгим белым воротничком, правда, длина была слишком уж провокационной для обычного наряда горничной или официантки. Накрывая стол и низко наклоняясь, девушка будто специально эффектно крутила задом перед своим хозяином, демонстрируя не только кружевное окаймление чулок, но чуть ли не трусы. Марьяна наблюдала за этим цирком с плохо скрываемым раздражением, даже не заметив, что Барон полностью игнорирует свою прислугу и смотрит только на нее, не отводя глаз.

— Что-нибудь еще? — состроив милую улыбку, Елена обратилась к своему боссу.

— Спасибо, нет, — ответила Марьяна вместо него, вызвав легкое недоумение у так называемой официантки.

— Пусть нас не беспокоят. Звонки только от службы безопасности, — добавил Барон, даже проигнорировав явное нарушение субординации. Елена скривила аккуратно подведенные помадой губы и тут же послушно вышла, увезя с собой тележку.

Когда дверь за ней закрылась, мужчина повернулся к своей гостье.

— Поешь, ты выглядишь бледной.

Барон встал и переставил несколько блюд под металлическими колпаками ближе к Марьяне, затем поставил перед ней чайник и чашку, а сам сел ближе. Открыв свою тарелку, он принялся за еду. Заметив, что девушка находится в каком-то отрешенном состоянии, он снял колпак и с ее тарелки.

— Хочешь, чтобы тебя кормили насильно?

По ее лицу прошла судорога от неприятных воспоминаний, но она, стиснув зубы, нехотя помотала головой. Барон вздохнул и нахмурился, но все же с аппетитом съел яичницу с поджаренным картофелем, тостами и мясными рулетами, завернутыми в бекон, пока Марьяна продолжала через силу ковыряться в тарелке.

— Может быть, хочешь чего-то определенного? — наконец не выдержал он.

Она замялась, но все же больше не стала упираться.

— Может, теплого молока и… печенье…

— Для тебя хоть плюшевого мишку в постель, — невольно улыбнулся он и сделал звонок. Когда ей принесли все заказанное, он уселся в опасной близости в позе мыслителя, правда, взгляд устремил прямо на нее, нетерпеливо выжидая, когда она поест.

Никакая еда в горло не лезла, хотя Марьяна чувствовала, что силы ее на исходе, и подкрепиться нужно обязательно. Молоко оказалось необыкновенно вкусным, как и свежеиспеченное печенье, да и непонятный пытливый взгляд Барона не оставлял выбора, поэтому она съела все, что принесли.

— Догадываюсь, что ты устала… — заметил он, — однако, закончить разговор все же придется.

— Нам не о чем разговаривать, — Марьяна лишь устало потерла слипающиеся глаза.

— Ты ошибаешься. Мы будем говорить о жизни твоей сестры, ведь ради этого ты и строишь из себя железную леди, коей не являешься…