Читаем Ночной пленник полностью

Марьяна зажмурилась, уводя взгляд от собственного отражения, и тряхнула головой. По спине очередной раз прошелся озноб. Сегодня ей было страшно, как никогда. Ноги подгибались, сердце замирало, легкие отказывались принимать воздух, будто сократившись до крошечных размеров. Глупо. Глупо. Как глупо было забивать себе голову бесплотными надеждами… Один раз опасный и беспринципный мужчина, который ей нравился, уже втоптал ее в грязь, использовав в своих целях и рискнув ее жизнью… Теперь она попала в ловушку обаяния еще более опасного монстра, который может убить ее в любой момент, даже не отдавая себе в этом отчета, а она стоит и испуганно вглядывается в собственное отражение, пытаясь угадать, может ли она нравиться по-настоящему этому чудовищу в образе обольстительного златоглазого блондина… Глупая, наивная, беспомощная, измученная.

Больно закусив губу, Марьяна снова помотала головой, пытаясь выгнать из мыслей все неприятные воспоминания, даже вчерашний скандал, который ей закатил дома отец. Только она была настолько уставшей, что у нее не было сил к сопротивлению. Она молча слушала его крик о собственной непорядочности и очнулась, разве что когда почувствовала обжигающий, сокрушающий, несправедливый удар по щеке тяжелой отцовской рукой. Не так больно, как унизительно. Даже теперь губа заметно дрогнула при воспоминании об этой несправедливости. Да, отец порой бывал жесток и непримирим в своих домостроевских взглядах на жизнь, противоречащих здравому смыслу. Мужчина, который пришел в его дом как порядочный человек, вдруг нанес непростительное оскорбление ему и его дочери, а сама дочь повела себя как доступная девка, решившая загулять на всю ночь. Сегодня у отца будет ночная смена, и она могла бы избежать очередного скандала, если бы вернулась после работы домой и ушла из дома только после его ухода. Однако Никита предпочел забрать ее прямо отсюда… Ее проблемы в семье его не волновали… Может, он просто не думал, что все выйдет именно так… К тому же он так и не дал ей свой телефон, так что она не может ни отменить встречу, ни попытаться что-то изменить…

Чуть отойдя в сторону, Марьяна оправила платье, в которое только что переоделась в комнате для обслуживающего персонала, где оставила другие вещи. Она покупала его для выпускного в школе и, вроде бы, произвела тогда фурор. Идеально облегающий точеную фигурку фасон, можно сказать, строгий классический футляр, если бы не небольшой кокетливый волан, идущий по подолу и не маленькие «крылышки» вместо рукавов. Нежно-голубой цвет придавал ей нежности и хрупкости, как и полупрозрачные босоножки на шпильке, тоже прихваченные с собой из дома. Папа убил бы, если бы увидел ее сейчас в таком виде. Ничего вызывающего, казалось бы, но именно в этой подчеркнутой элегантности в сочетании с ее идеальной фигуркой юной нимфы крылась порочная притягательность молодости, неопытности и уже пробудившейся чувственности. От мыслей о том, что сделает с ней в этом платье вампир, по спине ледяным водопадом пролился новый приступ страха. Захотелось бегом бежать в кабинку туалета и снова переодеться в такие привычные и безопасные джинсы. Сегодня с ней творилось что-то невероятное… Когда ей последний раз было так страшно?!

Чтобы не струсить окончательно и не передумать, она заставила себя отвернуться от зеркала и уверенно направилась к выходу. Проходя через торговый зал магазина между таких привычных рядов, она услышала за спиной свист, явно выражающий восхищение и одобрение.

— А-хре-неть… — последовало не менее вульгарное восклицание. — Ни за что бы не подумал, что ты можешь быть такой горячей штучкой.

Девушка нехотя обернулась, встретившись с раскрасневшимся и расплывшимся от похоти лицом старшего менеджера.

— Спасибо, Сергей, — сухо бросила она, снова отворачиваясь и продолжая свой путь к выходу.

— Эээ… Может, проводить? — поспешно бросил ей вслед еще не отошедший от шока мужчина.

— Спасибо, но у меня встреча. Извини… Пока!

— У тебя что ли, типа, парень есть? — все не желая успокоиться, Сергей двинулся за ней по проходу. Тип он был малоприятный, грубый, неотесанный, вечно донимал всех подчиненных злыми шуточками и лебезил перед начальством. Марьяна слегка растерялась.

— Д-да… наверное… — едва слышно отозвалась она.

— Так «да» или «наверное»? — усмехнулся он, вдруг схватив ее за руку чуть повыше локтя и разворачивая к себе, чтобы получше разглядеть это сокровище, которое раньше в упор не замечал.