Читаем Ночь времен полностью

Но она все же была женщиной практичной, хотя и большой любительницей кино и романов, хотя и так опрометчиво позволила увлечь себя их обману. Настанет пробуждение, равно как и необходимость возврата, но в тот момент она совершенно сознательно держит будущее в подвешенном состоянии. Кино не длится бесконечно, песня звучит считаные минуты, тот, кто читает роман, переворачивает последнюю страницу, поднимая от книги влажные от слез глаза, и от настоящего сопереживания герою у него перехватывает горло. Как странно, что ей понадобилось столько времени, чтобы воспротивиться предсказуемости финала, что она довольствовалась такой ограниченной, поставленной на паузу жизнью, как те два часа, которые они проводили вместе в кино, во тьме зрительного зала. Знание о том, что роман развивается в строго определенных рамках пространства и времени, никого не лишает удовольствия погрузиться в него с головой. Быть может, именно потому, что Мадрид в течение стольких лет был для Джудит Белый городом литературы, у нее так легко получилось оказаться и жить как будто в романе. Счет не будет предъявлен к оплате, не будет ущерба, о котором потом пожалеешь, не останется глубокой раны, которую придется долго и мучительно залечивать. В романах герои познают горе, обманываются, лишаются всего, погибают, но тем не менее книга закрывается, и, словно их и не было, можно вновь открыть ее с первой страницы, и они снова живы, такие же юные, все так же на пороге счастья и подвига. Поэтому-то в длинных письмах к матери, которые она писала по-прежнему, не было ни намека на эту тайную жизнь, будто бы ее вовсе не существовало, а потому никаких последствий быть не могло.


Перейти на страницу:

Все книги серии Поляндрия No Age

Отель «Тишина»
Отель «Тишина»

Йонас Эбенезер — совершенно обычный человек. Дожив до средних лет, он узнает, что его любимая дочь — от другого мужчины. Йонас опустошен и думает покончить с собой. Прихватив сумку с инструментами, он отправляется в истерзанную войной страну, где и хочет поставить точку.Так начинается своеобразная одиссея — умирание человека и путь к восстановлению. Мы все на этой Земле одинокие скитальцы. Нас снедает печаль, и для каждого своя мера безысходности. Но вместо того, чтобы просверливать дыры для крюка или безжалостно уничтожать другого, можно предложить заботу и помощь. Нам важно вспомнить, что мы значим друг для друга и что мы одной плоти, у нас единая жизнь.Аудур Ава Олафсдоттир сказала в интервью, что она пишет в темноту мира и каждая ее книга — это зажженный свет, который борется с этим мраком.

Auður Ava Ólafsdóttir , Аудур Ава Олафсдоттир

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Внутренняя война
Внутренняя война

Пакс Монье, неудачливый актер, уже было распрощался с мечтами о славе, но внезапный звонок агента все изменил. Известный режиссер хочет снять его в своей новой картине, но для этого с ним нужно немедленно встретиться. Впопыхах надевая пиджак, герой слышит звуки борьбы в квартире наверху, но убеждает себя, что ничего страшного не происходит. Вернувшись домой, он узнает, что его сосед, девятнадцатилетний студент Алексис, был жестоко избит. Нападение оборачивается необратимыми последствиями для здоровья молодого человека, а Пакс попадает в психологическую ловушку, пытаясь жить дальше, несмотря на угрызения совести. Малодушие, невозможность справиться со своими чувствами, неожиданные повороты судьбы и предательство — центральные темы романа, герои которого — обычные люди, такие же, как мы с вами.

Валери Тонг Куонг

Современная русская и зарубежная проза
Особое мясо
Особое мясо

Внезапное появление смертоносного вируса, поражающего животных, стремительно меняет облик мира. Все они — от домашних питомцев до диких зверей — подлежат немедленному уничтожению с целью нераспространения заразы. Употреблять их мясо в пищу категорически запрещено.В этой чрезвычайной ситуации, грозящей массовым голодом, правительства разных стран приходят к радикальному решению: легализовать разведение, размножение, убой и переработку человеческой плоти. Узаконенный каннибализм разделает общество на две группы: тех, кто ест, и тех, кого съедят.— Роман вселяет ужас, но при этом он завораживающе провокационен (в духе Оруэлла): в нем показано, как далеко может зайти общество в искажении закона и моральных основ. — Taylor Antrim, Vuogue

Агустина Бастеррика

Фантастика / Социально-психологическая фантастика / Социально-философская фантастика
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже