Читаем Ночь в Венеции полностью

– Насколько я помню, пару минут назад ты заявил, что извиняться не намерен, – заметила Элизабет с вызовом.

– Насчет Эдди Крокерка – да. Я прошу прощения за Берту. Но ты должна понять, – он тяжело вздохнул, – она неуравновешенная, сплошной комок нервов.

Эгоистка она, избалованная до мозга костей и невоспитанная, подумала Элизабет, но промолчала.

– Берта наговорила тебе Бог знает что, а потом жалела. Она находилась в шоке.

– Рада, если твоя дочь поняла, что вела себя чудовищно.

– Лиз, ты же взрослая женщина! Отнесись к ней снисходительно. Мать в тяжелом состоянии, неизвестность, страх… Прости ее!

– Так и быть! – усмехнулась Элизабет и вдруг с несвойственной ей циничностью добавила: – Подпиши мое заявление, и я забуду.

– Никогда! – бросил Билли. – Ни за что! Лучше сделаю вот что! – Он обнял ее и, прежде чем девушка смогла возразить, закрыл ее рот губами.

– Открой рот! – приказал он, когда Элизабет стиснула зубы и сжала губы.

Ну уж нет! – подумала она и вздрогнула, почувствовав пальцы, скользнувшие по бедрам. Желая оттолкнуть Билли, она вскинула руки, но они не повиновались и лишь обхватили его тело.

Мужчина застонал и, прижав девушку к себе, стал раскачиваться вместе с ней. Ее зубы разжались, его язык немедленно скользнул внутрь. Элизабет прихватила зубами кончик этого нагловатого пришельца. Билли засмеялся.

– Попалась, которая кусалась! – прошептал он, запрокидывая ее голову.

Поцелуй оказался настолько сладострастным, что она уже почти теряла сознание, когда зазвонил телефон.

– Возьму трубку, – сказала Элизабет, отшатнувшись.

– К черту! – прошептал Билли. – Твои глаза прелестны, когда объяты желанием. Синие-синие, как море, они так и влекут меня на дно…

– Подхалим, льстец, вот ты кто! Возьми трубку, – повторила она, так как телефон трезвонил не умолкая. – Вдруг какое-то важное сообщение? – не удержалась Элизабет, поддевая его. – Может, Мэри хочет кисть винограда? Или Берта проверяет, не совмещаешь ли ты полезное с приятным?

– А ты, оказывается, язва! – усмехнулся Билли. – Красивые женщины, знающие себе цену, умеют, как правило, вовремя прикусить язык.

А Элизабет сделала наоборот – прикусила его язык. Билли поглотил ее губы. Телефон надрывался. Они целовались.

– Слушаю, – рявкнул Блэкмор, схватив наконец трубку.

Девушка улыбнулась, радуясь, что не она находится на другом конце провода.

– Привет, Джеффри! Да-да, я ждал твоего звонка. Спасибо. Нет, не оторвал. Решаю кадровый вопрос, – сказал босс, скользнув по мисс Гиллан насмешливым взглядом. – Да нет, уже закругляемся. А, вот так! Прекрасно. Хорошо. Вылетаю после обеда, значит, буду у тебя… – взглянул на часы, – в два.

По местному времени? Куда же он отправляется на сей раз? Джеффри, Джеффри… Сердце ухнуло, когда она сообразила, что Джеффри – означает Токио.

Стало быть, улетает в Японию… Широко однако раскинулась империя Блэкморов! Она остается одна, в полном неведении, когда ему надоест любимая кукла по имени Элизабет.

– Мне нравится твой костюм, – сказал Билли, давая понять, что деловой разговор закончен и можно вернуться к прерванным забавам. – Так и хочется стянуть его, чтобы поцеловать твое соблазнительное тело.

Элизабет отступила, зная его способность добиваться желаемого.

– Вот возьму да овладею тобой на столе, – не унимался Билли.

– На столе, наверное, и в самом деле сверхсексуально, но это удовольствие я приберегу для мужа.

– Разведка боем закончилась, переходим в наступление? – не остался в долгу Билли. – Чем вызван рывок на сей раз? – Босс сел в кресло, скрестив руки на груди.

– Хочу, чтобы ты завизировал мое заявление об уходе.

– Ты кого-нибудь встретила?

– А тебе-то что? Я, кажется, ясно дала понять, что мечтаю о мужчине, который поймет, что нужно такой женщине, как я, и отнесется ко мне с уважением, – ответила Элизабет спокойно и просто.

Билли сделал ликующий жест.

– Ты имеешь в виду меня! Я прекрасно понимаю тебя, когда ты обвиваешь мои ноги своими, а я погружаюсь в тебя. И я уважаю твое желание время от времени находиться со мной в столь тесном контакте.

– Почему ты постоянно говоришь только об одном сексе? Секс сексом, но счастье ведь не только в этом?

– Не всякий секс, киса моя, не всякий! Думаешь, мужчина, которому ты намерена отдаться на столе, – Билли оглядел стол, огромный, как бильярдный, – доставит тебе больше наслаждения, чем я?

Элизабет молча смотрела на него в явном замешательстве.

– А ты с приветом! – сказала она. – Определенно. Разговаривать с тобой, что бродить по лабиринту.

– А с тобой – по минному полю! – парировал босс. – Что случилось? Пять минут назад я обнимал и целовал нежную ласковую женщину, а сейчас передо мной остервенелая бабенка.

– Ну и пусть! Может, поужинаем вместе и поговорим о метаморфозах?

– Дошло! Ты взвилась потому, что я улетаю в Японию?

– Я взвилась, как ты выразился, потому что ты опять мешаешь мне выполнить принятое решение. Подпиши заявление, и тогда я разберусь без тебя, что мне делать и как поступать. Уйду и больше не вернусь!