Читаем Ночь Пса полностью

Только легенды и сказания не горят в атомном пламени… Возможно, раскол проходил именно по вопросу об отношении к вот-вот грядущему из Космоса нашествию землян, возможно, разногласия носили религиозный характер. И уж точно — экономический и политический. Без этого мы — люди — не можем… В общем, сейчас трудно — да может и невозможно — догадаться о том, кто первым нажал кнопку… Ясно одно: конец всему положила система ядерного самоуничтожения. Должно быть, ее привела в действие та из вступивших в сражение сторон, которая первой почувствовала, что обречена на поражение. Это был Мир не знавший компромиссов.

И десятилетия спустя — уже после того, как с планеты сошли снега ядерной зимы и изувеченная биосфера начала отвоевывать свое у проплешин рукотворных пустынь и дышащих радиацией кратеров. Над планетой все еще описывали свои орбиты спутники-невидимки, время от времени наносящие то друг по другу, то по каким-то целям на поверхности удары то излучением, то зарядами антиматерии. Из недр океанов — с бортов подводных ракетоносцев — то там, то здесь все еще уходили на поражение целей баллистические ракеты, а по радиоактивным развалинам прокладывали путь автоматические танковые комплексы. Казалось, ничего, кроме ненависти, не уцелело в этом Мире. И все-таки…

— Доклад от Элли, — Гурам откашлялся, давая шефу время для окончательного пробуждения.

— У вас что — бронхит? — хриплым со сна голосом поинтересовался владелец Торговых домов. — Вы позвонили мне посреди ночи, чтобы я вам больничный лист выписал? Или горчичник поставил?…

— Излагаю суть дела… — чуть поперхнувшись, заторопился Гурам. — Говорить способен только Халид. Гавриш — плох, Кноблох — в коме… Халид выдал информацию — там какую-то квитанцию они нашли, которая Гавриша заинтересовала… Там был какой-то адрес…

— Какой адрес, Гурам, какой? — наливаясь холодной злобой, осведомился шеф.

— Он не помнит… Сотрясение — плитами привалило…

— Какими, черт возьми, плитами?

— Могильными… А остальные, я уже сказал… Если там что и было — все загребла полиция…

— Спасибо, Гурам, вы очень много узнали… — ядовито молвил Рамон, явно намереваясь подвести черту под разговором — оказавшимся бесполезным.

— Еще там нашли кисет… — торопливо вставил Гурам. — Кисет Счастливчика — с трубкой и Трубочником…

— С чем, с чем?… — с некоторой оторопью осведомился Большой Магир.

— С Трубочником… Это талисман такой — многие с собой таскают… Счастливчик не мог его просто так оставить… Они…

Халид, в смысле… кисет этот пометили… Маячок туда подпихнули… Халид назвал нам решетку частот…

— Что ты там несешь… — Рамон даже отвернулся от трубки и поморщился. — Там сейчас засада. Ваш Счастливчик, даже если он вконец спятил от виски, ни за какие коврижки не станет совать голову черту в зубы!..

— Не станет, спору нет, — осторожно настоял на своем Гурам, но мы на всякий случай прозондировали положение маячка.

Так вот: маячок и не думает валяться на улице Темной Воды…

Маячок болтается по городу…

Некоторое время Рамон пытался осмыслить значение странного факта. Потом треснул кулаком по столу и заорал:

— Так какого же черта ты молчал об этом до сих пор, остолоп?!!

Энни измерила комнату шагами — по диагонали, с северо-востока, на юго-запад. А потом, наоборот. Получилось ровно столько же — четыре с половиной ее энергичных, злых шага. Ни больше, ни меньше.

Она выкатила из сумочки на на столик каменные шарики с изображением Инь-Янь. Чуть покатала их по полированному дереву, сердито фыркнула: Вам неплохо будет посидеть пару дней в наших конспиративных аппартаментах — ха! Вы не будете скучать — там есть Ти-Ви- ха! Ну конечно, есть — чтобы выслушивать, как бестолковый Тимоти Рейдер по-дубовому раскручивает в Новостях твою кровную тему… Вот так и дисквалифицируются юные журналистки…

… И голодать тоже не будете — я буду приносить вам лапшу по-пекински… — ха! Ну — спасибо вам, агент Яснов, — для вас, разумеется, человек с этаким разрезом глаз должен обожать китайскую кухню — как же еще!

Энни рывком раскрыла холодильник. Чипсы — море картофельных чипсов. И проклятые пирожки с куриным фаршем. По всей видимости, служба защиты свидетелей считала, что кулинарные пристрастия защищаемых не розняться слишком со вкусами оголодавших школяров.

И еще тут был кофе — пропасть одноразовых термосов со здешним самопальным кофе, годным только на то, чтобы слагать о нем анекдоты. Мер-р-рзость. Энни передернуло.

Она взяла трубку внутреннего коммутатора и набрала номер вызова дежурного охранника. Через пару минут, коротавший время в одном из соседних домиков пустующего кемпинга — за карточным сетом с напарником — дежурный, осведомился, чего, собственно, угодно мисс?

— Пиццы и апельсинового сока, — определила Энни. — Пиццу, если можно, с грибами и сыром… Нет — лучшем с салями…

— Подождите немного, я сделаю заказ… — с оттенком досады в голосе обещал дежурный.

— Не стоит беспокоиться — линией доставки я умею пользоваться сама! — оборвала его Энни.

— Для этого вам придется выйти в общую сеть, а это…