– Все верно. – Мои многочисленные аргументы ничуть не сбили Амброза с толку. – От всех вас потребуется немалое мужество и хитрость, чтобы исполнить то, что должно быть исполнено. И провал операции более вероятен, чем ее успех, независимо от того, насколько доблестно вы будете сражаться. Но вы не будете искать в темноте, где находятся разбросанные по всему свету Экскалибуры. Как я ранее говорил, я обнаружил природу заговора Мерденна уже некоторое время назад. А на меня по тем или иным причинам работает немало личностей высокого и низкого положения, занимающих как важные, так и обычные посты. Некоторые из них придерживаются тех же идеалов, что и я, другие в большей степени наемники. Им всем поручено обнаружить спрятанные Экскалибуры, и некоторые из них уже добились успеха. Мечи даже в своем ослабленном состоянии – объекты такой огромной силы, что их невозможно скрывать длительное время от глаз тех, кто знает, что ищет. Эти мои агенты помогут вам в ваших поисках.

– Как мы их найдем?

Он вытащил запечатанный конверт из кармана пальто и протянул его через стол мне.

– Здесь имя и адрес того лица, которого вы должны найти первым. Скоро настанет день. Я советую всем троим отправиться в мою резиденцию и отдыхать до вечера. Работу такого рода, какими бы прекрасными ни были намерения, лучше всего делать под прикрытием темноты, к тому же вам понадобится вся ваша сила. А я тем временем сделаю то, что определил для себя. Когда вы отправитесь на ваше задание, то вершиться оно будет в мире, в котором нет прямой угрозы от Мерденна. Как не будет помощи от меня.

Артур постучал пальцем по кромке своей пустой кружки.

– На этом пути нас подстерегает множество опасностей, – задумчиво произнес он. – Но другого я не вижу.

– Пока у нас все получалось, – сказала Тейф.

Я ударил себя по ладони конвертом, врученным мне Амброзом, но воздержался от выражения сомнений, которые ползли вверх по моей спине. Что было пользы говорить о том, что ни один из нас – даже сам Амброз – не знает наверняка истинного характера сообщников Мерденна, у которых мы должны изъять Экскалибуры? И в самом деле, насколько можно доверять сообщникам Амброза, в чьи руки мы должны вверить наши жизни и миссию? Во мне шевелились предчувствия и еще более темные, чем эти, возможно, даже названия не имевшие.

Край солнца подкрасил маслянистые воды, бившиеся о доки. Я сунул в нагрудный карман над сердцем конверт, в котором лежал кончик ниточки нашей судьбы.

6. В поисках Великого треша

Темное место, что никак не поддавалось восходящему свету утра; именно сюда пришла персона, чье бледные руки и лицо контрастировали с черным плащом. Она распахнула узкую, на странных петлях дверь и вошла внутрь, оставив за собой тесную улицу, на которой дома жались друг к другу, отбрасывая тени на потрепанные очертания мужчин и женщин, человеческие отбросы Лондона, копошащиеся у оснований темных стен.

В комнате чадили свечи, и фигуры двигались и наблюдали из-за желтых кругов света. Еще одно лицо, такое бледное, что оно, казалось, излучало собственное жуткое свечение в темноте, отвернулось от своего собеседника в сторону пришедшего.

– Доктор Амброз. – Голос прозвучал равнодушно, без всяких эмоций.

– Вы ушли, не закончив партию в шахматы, – сказал новоприбывший. – Это на вас не похоже, Мерденн.

Бледной была вообще вся кожа человека, сидевшего за столом, но это была нездоровая белизна, вызывавшая ассоциации с брюхом разлагающейся рыбы, влажным и отталкивающим при воображаемом прикосновении. Пара линз синего стекла под челкой густых седых волос завершала лицо, внимавшее словам двух совершенно одинаковых с виду людей.