Читаем Ночь империи полностью

Стараясь не задумываться о том, что ничего получше глупого «спасибо» он придумать в этой ситуации не смог, Самаэль вновь отдал всё внимание Иблису. Разум начал работать, как следует, и первым делом мужчина поспешно отпустил чужое запястье.

– У этой войны появился прекрасный герой,– Князь с улыбкой протянул ему ладонь и, как только Самаэль за неё ухватился, помог подняться на ноги.– Мне будет в радость рассказывать истории о нём своим внукам.

– Вот так просто?– мужчина слегка прищурился.

– Честно. А, насколько просто или сложно это было, уже не столь важно.– Отпустив его ладонь, Иблис коротко кивнул на ту часть заграждений, что выходила за пределы города.– Покажись своему народу, Владыка. О договорах мы поговорим позже.

Айорг, с хмурым видом подперев щёку ладонью, посмотрел со своей позиции на властителя огненных земель. Наблюдая за новым Владыкой, улыбался он слишком довольно.

В нынешней ситуации даже Офра перестала казаться просто печальной случайностью, но правды они бы никогда не узнали. Ифриты от природы не умели откровенничать.

Глава 29. Рассвет.

1.

День, когда Владыка Фикяр погиб, оставив свою нацию без родителя, был светел точно так же, как и тот, в который страна обрела нового защитника.

Они считали его лучшим из возможных, готовы были вверить себя в его руки без лишних вопросов, восхваляли его и его победу над огненными захватчиками. Для них он был героем, и ушлые барды уже начали складывать песни и легенды, хотя прежде едва ли кто-то из них действительно знал того, кто большую часть жизни защищал империю под командованием правителя.

Ждали, что с собой он принесёт новизну. Новые главы ведомств, не знавшие прежнего двора; новый дворец, который теперь хотелось звать замком, окружённый массивной оборонительной стеной. Новая жизнь и новые вехи развития, которые его предшественники не могли или не хотели пускать в ход.

Ему рукоплескали, и в общем гомоне радостных голосов слышались поздравления и благословения, пусть Первородные и держались на интронации в стороне. Их он обратно к престолу не подпустил, как бы ни надеялись.

Никто не замечал отрешённости в его взгляде, сменившейся на страх лишь в тот момент, когда на его голову водрузили Венец. Регалия уничтожала тех, кого не признавала, но ему позволила править.

Позже, когда с официозом было покончено, Самаэль честно поулыбался всем на пиршестве и тихо сбежал на террасу. Об одиночестве в прошедшие дни оставалось лишь мечтать.

Сначала переговоры с ифритами и подписание мирного договора. Они должны были несколько следующих лет выплачивать репарации, обязались ограничить своё присутствие в империи до минимума и вынуждены были согласиться на торговлю на унизительных, крайне невыгодных для себя условиях. Сунувший нос в договор Азарет кривился, что так нельзя, но Иблис расстроенным не выглядел. Что-то подсказывало, что это соглашение не оставит на его стране отпечатка.

Потом спешное восстановление двора хотя бы на первое время. Все главы ведомств, выбранные ими из имевшихся, продержались бы от силы пару лет, а после им бы нашли замену. Они были нужны лишь для того, чтобы подтолкнуть потрёпанную годом опалы колесницу империи и позволить ей снова мчаться вперёд, но удержать бы дальше не смогли.

Затем была подготовка к интронации, и Самаэль хотел позволить себе наглость, сбежать к сестре. Алана опередила его, приехав сама. Все обещания «разобраться» канули в пропасть.

Не с чем было разбираться. Подобные указы не могли быть отменены, и Айорг об этом прекрасно знал.

Сняв с головы Венец, полдня давивший неприятным грузом, Самаэль покрутил его в руках. Регалия, выкованная из двух равных лент металла, путавшихся между собой в ободе, щерилась на небо тремя шипами. Чёрная, слегка поблёскивала в свете заходящего солнца и казалась из-за этих алых сполохов испачканной в крови.

Не таким он себе представлял завершение этой войны. Что говорить, чуть больше года назад он и подумать не мог, что Эрейя когда-то огрызнётся на Геенну и получит в ответ пощёчину, выбившую всех из колеи на удивительно долгий год.

«Не надо было возвращаться». Голосок, твердивший одну лишь эту фразу, в прошедшее с завершения боевых действий время превратился из шёпота в оглушающий рёв. Не надо было – не столкнулся бы со всем этим. Не было бы войны, не было бы валакха, не было бы интронации. Ничего бы не было – только маленькая деревушка на границе с Саадалией и дом на участке, который хранил на себе отпечаток прежней постройки.

Сипло выдохнув, он упёрся локтями в перила и закрыл лицо ладонями. Любой другой на его месте бы радовался, и от Самаэля этого и ждали, но в этот момент больше хотелось проверить крепость собственной головы при столкновении с землёй. Что-то подсказывало, что третий этаж принесёт не облегчение, а второго за довольно непродолжительный срок немощного Владыку.

– Ваше Высокопревосходительство.