Читаем Ночь империи полностью

Выспаться Самаэлю было не суждено: не найдя никаких зацепок, способных привести его к ответу на важный вопрос, Айорг повернулся и обеими руками тряхнул тави за плечо. На этот раз тыльная сторона загорелой ладони ударила его точно по носу.

– Чтоб тебя!– валакх завалился на подушку, хватаясь за пострадавшее лицо.– Зачем бить-то?!

– Потому что слова ты, очевидно, не понимаешь,– приподнявшись на локте, Самаэль посмотрел на него через плечо.– Чего тебе спокойно не лежится?

– Да потому что!

Отняв руки от лица, Айорг перебрался ближе и навис над тави, упёршись руками ему в бок. То, как Самаэль от лишнего веса покривился, он успешно проигнорировал.

– Вот ты же военный.

– Последние несколько сотен лет, но спасибо, что заметил.

– Гринд, я серьёзно!

– Я тоже,– Самаэль дёрнул уголком рта.– Что дальше?

– Взгляни своим тактическим глазом на всё произошедшее,– валакх наклонился, почти укладываясь на него.– Для мести за то, что я их зря обнадёжил, это не подходит. Значит, он попытается навредить как-то иначе. Как?

Тави удержался от желания спросить, какой именно из двух имевшихся глаз у него считался тактическим. Немного подумал и состроил самое непонятливое выражение лица из имевшихся в арсенале: если в военном деле он смыслил, то в случае с Первородными признавал свою полную неспособность понять, что происходит в святых головах. В данном случае под эту категорию в большинстве их ситуаций попадал и нынешний Владыка.

– Ну?– Айорг всё-таки улёгся ему на бок, после всё внимание отдавая прядям генеральских волос, которые начал заплетать в косичку.– Хоть что-то?

– Пути Первородных неисповедимы,– нашёлся с наименее обидным ответом Самаэль.– Но в любом случае, я не думаю, что они способны на что-то… существенное. Не организуют же они на тебя покушение.

Помолчав, он лёг обратно, но потом перевернулся на спину для удобства разговора. Айорг даже не подумал о том, чтобы слезть, просто совсем слегка сместившийся. Попавшиеся в его бледные руки волосы тави уже были наполовину заплетены.

– Они ведь сами кричат, что против насилия. Если организуют покушение, есть риск, что рано ли поздно на них выйдут, а это уронит Пантеон в глазах истово верующих.

– Мы говорим о Василиске. У него хватит ума сделать всё так, чтобы комар носа не подточил.

– Ну-ну,– Самаэль коротко зевнул, почесав голову.– Я смотрю, он очень сильно пытался скрыть тот факт, что весь Пантеон для нас с тобой специально превратили в волчью яму.

– А как ты докажешь, что это был он?– Айорг едва ли отвлёкся от плетения, только искоса глянув на мужчину.

– Найдёшь того, кто ему помог. Это явно кто-то из прихожан, либо послушник – а они все искренне верят в святость вашего младшенького. Скажут тебе всю правду, не задумываясь, что их любимый Король Богов мог просить помощи для неугодного дела.

Айорг согласно хмыкнул, но разговор продолжать не стал. Доля правды в словах тави была: Пантеон бы не рискнул предпринимать действия, связанные с насилием. Скорее всего, теперь они бы и вовсе затаились в ожидании того, что Владыка припомнит им собственные ноги. Чем тратить время на попытку просчитать следующий их шаг, стоило озаботиться теми эфемерными проблемами во дворце, которые упомянула Оливия.

Вспомнив о вдове, валакх на время отвлёкся от плетения косичек и посмотрел в сторону входа в покои. Либо женщина не могла нигде найти Ноктиса, либо очень медленно ходила – а желание поесть в кои-то веки утром так до сих пор никуда и не делось.

– Раз уж мы заговорили о Пантеоне…

Мужчина вернулся взглядом к тави, которого полагал вновь уснувшим.

Раз об их поведении Самаэль больше говорить не стремился, какие ещё темы могли быть? В голове всплыло воспоминание о необычном желании Санбики помочь им, и в груди расползлось неприятное чувство.

– Гринд, обдумай свои следующие слова тщательно.

– Расскажи о своей сестрёнке. Той, что постарше.

– Я же сказал,– валакх дёрнул тави за косичку,– обдумай!

Самаэль не стал церемониться и без малейшего зазрения совести в отместку второй раз за прошедшее время хлопнул монаршую особу раскрытой ладонью по лицу. Не так сильно, как в прошлый раз, но достаточно ощутимо, чтобы Айорг сморщился и принялся тереть нос.

Некоторое время понаблюдав за напоминавшим в этот момент недовольного жизнью зверька валакхом, Самаэль приподнялся на локтях и пригрозил ему пальцем:

– Мне интересно, с чего она вообще нам помогала, дурья твоя голова.

– И всё?– ехидным тоном протянул Айорг.– А вот судя по её на тебя реакции-

– Какой реакции?

– Да она при одном твоём упоминании краснее своих волос становится! Уж не знаю, что ты там ей наговорил такого.

– В том и дело, что ничего «такого»,– тави нахмурился, со вздохом прочесав прядь пальцами и расплетя таким образом косичку.– Она на меня таращилась ещё, когда они всей толпой здесь были.