Читаем Ниточка памяти полностью

Куда девался его умственный щит? Два часа назад он держал непроницаемую телепатическую оборону — щит, который противостоял самым неистовым усилиям Кзанола. Теперь же он не мог вспомнить, как делал это. Он мог, Лэрри знал, что мог, и если вспомнит, то снова будет владеть им.

Нет, все ушло. Какие-то воспоминания, тринтанские воспоминания…

Что же, посмотрим. Он был в кабинете у Меснея, когда тринтанин приказал каждому отключить свой ум. Однако у ума Лэрри объявился щит — оказывается, он и раньше был там. И он уже знал, как им пользоваться. Он знал это с некоторых пор.

Подсолнечники в восемь футов в поперечнике. Они вращались вокруг оси вслед за солнцем, которое по кругу обходило плантацию на полюсе Кзазита. Огромные, серебряные, параболические блюдца направляли концентрированный луч солнечного света в темно-зеленые фотосинтезирующие наросты. Гибкие зеркала вырастали на толстых выпуклых стеблях, и эти зеркала мягко изгибались, наводя убийственный фокус туда, куда было нужно: на взбунтовавшегося раба, или дикое животное, или атакующего врага-тринтанина. Этот фокус был таким же смертельным, как луч лазерной пушки, и подсолнечники никогда не промахивались. По какой-то причине они никогда не атаковали членов Дома, который они защищали.

Лэрри Гринберг дрожал в изумительной роскоши космического лайнера. Как рыба на огне! Подсолнечники должны были управляться тнуктипами, домашними рабами! У него не было ни малейшего доказательства, но он это знал. Когда-то в прошлом каждый подсолнечник в галактике был повернут на своих владельцев… Он подумал: "Мы, тринтане…" Нет. Это не тринтане уничтожили самих себя. Сосальщики!

Вспоминая, он понял, что подсолнечники не были такими большими, как выглядели. Он видел их с точки зрения Кзанола — Кзанола в полтора фута ростом, ребенка в восемь тринтанских лет. Кзанола, но в половину своего роста.

Мазерный луч достиг Плутона, растянувшись очень широко и слегка понизившись по частоте, когда вырывался из гравитационных тисков Солнца. К тому времени, как он достиг своей цели, прошло более пяти часов, и фронт волны имел площадь в миллионы миль шириной.

Плутон не остановил его. Плутон лишь оставил заметную дыру. Луч поддерживала потрясающая мощность. И он пошел в пустоту, двигаясь почти по прямой к центру галактики, слабея от пылевых облаков и расстояния. Века спустя его поймают существа, непохожие на людей. Им удастся восстановить форму конического луча и определить его вершину. Но довольно неточно…

И — по его следу…

— Ты был прав, Лев, — сказал Тартов. — Там, куда мы идем, огня нет.

— Вот он где. Вы трое спуститесь вниз. А я буду держаться на орбите.

— Но мы снова должны тянуть жребий, ты же знаешь.

— Глупости, Меб. Подумай, как я буду выигрывать в покер после всех моих неудач здесь. Тартов, моя орбита готова?

— Вруби свой идиотский компьютер, и я выдам ему данные напрямую.

— На автопилоте.

СИГНАЛ.

После окончания сигнала Лев почувствовал, что его судно разворачивается. Копья термоядерного пламени рядом с ним начали сокращаться в размерах. Как ребята управятся без него? Конечно, управятся — ведь они с Пояса. Если опасность придет, она придет отсюда, с орбиты.

— Всем судам! — произнес он. — Удачи! И не рискуйте по-глупому.

— Вызывает Хекстер. Что-то по каналу с Земли, Лев.

Тот покрутил частотный указатель.

— Не могу найти.

— Он немного ниже.

— О! Типичное… Дьявол, он закодирован. Почему они использовали код?

— Возможно, у них есть небольшие секреты, — предположил Тартов. — Что бы там ни было, это хорошая причина покончить с делом побыстрее.

— Да. Смотри, ты идешь впереди и садишься первым. А я направляю это на Цереру для декодирования. Потребуется двенадцать часов, чтобы получить ответ, ну а пока черт с ним.

Почему сообщение было кодированным?

Лит Шеффер это знал.

Именно теперь, сидя в своем офисе глубоко в скалах Цереры, в тридцати милях над которой по спиральной, медленной орбите вращался пузырь Родильника, Лит готовил ноту извинения в Организацию Объединенных Наций. Это была самая трудная работа, которую он когда-либо выполнял! Но другого пути, по-видимому, не было.

Полторы недели назад поступило мазерное сообщение с Нептуна; история Гарнера оказалась правдой: он шел к Нептуну в погоне за фантастически опасным инопланетянином. Лит нахмурил брови и приказал немедленно прекратить третировать флот Земли.

Но ущерб уже был нанесен. Две недели Пояс преследовал этот ограниченный флот; две недели использовалось кодирование мазерных передач, даже в прогнозах солнечной погоды, что нарушало вековые традиции; Пояс эксплуатировал свою шпионскую сеть так интенсивно, что ее существование стало оскорбительно очевидным. Секретность и подозрительность сделались правилом, чего никогда не было прежде. Земля имела право мстить за это.

Теперь Пояс перестал использовать кодирование, а Земля продолжала.

А если кодированное сообщение содержит важную информацию? Почти наверняка нет, решил Лит. Некоторые сообщения, декодированные наугад, подтверждали его мнение. Но уверенности не было, и в этом была вся суть.