Каким-то образом, он знал этого человека; он знал его глаза. Он был уверен, что узнал его волосы. Этот пират, этот прохвост, был одним из пиратов, о которых он всегда мечтал. Он играл тщательно продуманные роли в ночных фантазиях Джеймса. Этот корабль, эти люди, они были его.

Он так уверенно знал это, как и то, что небо голубое, а трава зеленая.

- О да. Испанский Мэйн, - говорил Питер ещё в Кенсингтоне. - Полный неуклюжих, глупых, взрослых пиратов. Я убил, по меньшей мере, десяток из них.

Испанский Мэйн. Корабль Джеймса.

И вот они были тут, и Питер наживался на его собственности.

Пока жизнь пирата потихоньку угасала, и кровь, пульсирующая из горла, пропитывала воротник его рубашки, Джеймс знал, что пират тоже признал его.

Было тихо на корабле, мрачная, тяжелая неподвижность, давившая на его плечи, сердце и на кончики пальцев. Раздался могучий всплеск, из-за того, что Джеймс случайно оступился и упал с корабля в воду. А высоко над ним, кукарекал Питер.

Глава 4

Вода была ледяной, но Джеймс и так уже окоченел, так что это не играло роли. Над ним, на корабле, начался хаос, пираты с грохотом врывались на палубу, а Питер Пэн и Потерянные мальчики убивали тех, кто подбирался слишком близко. Но Джеймс ничего не мог сделать потому, что погрузившись с головой в сверкающую, кишащую нимфами воду, он перестал что-либо слышать, наступила давящая тишина, и всё, что он мог - это смотреть, и постараться не утонуть.

Он думал о глазах. Не только о глазах пирата, но и о глазах Питера. В последнем взгляде рыжеволосого разбойника Джеймс видел мольбу и растерянность, а потом они потухли, и это было страшно. Но во взгляде Питера он увидел нечто такое, что никогда не сможет забыть. Невинный мальчик, который резвился и играл в Капитана, мечтал о вечном детстве, превратился в зловещее чудовище в тот момент, когда перерезал ножом горло пирата. В то мгновение на лице Питера читалось чистое, неподдельное торжество. Джеймса передёрнуло, и он не мог точно сказать, было это от ледяной воды или от воспоминаний. Но даже если мозг Джеймса не беспокоился, что вокруг него ледяная вода, тело уже начало замерзать. Ноги начинали неметь, и мальчик решил, что лучше обдумает ситуацию где-нибудь на берегу, подальше от Питера, и там, где его не смогут найти, чем продолжит дальше барахтаться в холодном море.

Когда Джеймс доплыл до берега, он глянул обратно на маленькие светящиеся точки, плавающие в морской пене. Это действительно были нимфы, как он и читал в мифологической энциклопедии на прошлой неделе. Но сейчас его мало заботила мифология. Он обернулся к пиратскому кораблю, наблюдая за происходящим и обдумывая собственное положение. Может, стоило попытаться вернуться на Мэйн и попасть под меч кого-нибудь из пиратов (или Потерянных мальчиков)? Возможно, если его здесь убьют, он проснётся в своей кровати и больше никогда не станет убегать в Кенсингтонские сады. Это была дельная мысль.

На корабле царили хаос и безумие; рёв, крики и лязг стали разрывали тишину ночи. Питер и Потерянные мальчики бегали, прыгали, летали то тут, то там, а растерянные и неуклюжие пираты, не имея предводителя, понятия не имели, как отбиваться. Джеймс почувствовал огромное сожаление и вынужден был отвернуться от этой бойни.

И в этот момент он заметил в полумраке одинокого пирата, тайком кравшегося прочь от места стычки. И этот пират шёл прямо на мальчика. У Джеймса даже не было сил, чтобы убежать, казалось, вода их все из него вымыла. Когда он постарался подняться, песок будто удерживал его. Джеймс сжал зубы, сражаясь с белым песком и усталостью, пересматривая свои предыдущие размышления о самоубийстве, и не спуская глаз с приближающегося пирата. Тот бежал изо всех сил прямо на Джеймса, его глаза сверкали, как светящиеся шары, золотые зубы блестели, а щетина и борода топорщились во все стороны.

Джеймс вскочил, еле вытянув из зыбучего песка конечности и тело, на ватные ноги. Он достал маленький кинжал, который ему дал Биббл, и сжал рукоять. Мальчик весь дрожал, но старался сохранить равновесие, в упор глядя на пирата, пытаясь выглядеть устрашающе и уверенно, и пытаясь быть мужчиной.

Пират взревел, как какой-то монстр из книги, но этот рёв совсем не напугал Джеймса, пока пират был далеко. И когда пират был близко, мальчик тоже не боялся. Но вот когда разбойник оказался очень близко, тогда и пришёл страх.

И тогда произошло что-то странное. Мужчина остановился, как вкопанный, и его рёв мгновенно затих. Джеймс и пират, не отрываясь, смотрели друг на друга, и на лице морского волка проступало настолько странное выражение, что у Джеймса не осталось сил бояться. Ему было только любопытно.

- Я тебя знаю? - наконец выдавил Джеймс.

- Капитан, - послышался ответ. Мужчина упал перед ним на колени и приложил руку к сердцу.

«Капитан»- мысленно произнёс Джеймс, смакуя это слово, наслаждаясь его звучанием. На минуту звуки исчезли вокруг него, пока Питер и потерянные мальчики не разрушили тишину, устремившись обратно на берег, подпрыгивая и улюлюкая.

- Иди, пират, - прошипел Джеймс. - Пэн приближается.