Читаем Невыживший полностью

На крыше не было никого, кроме него самого. Самсонов растерянно огляделся. Человек просто испарился. Старший лейтенант подошел к краю крыши и осторожно посмотрел вниз. Ему показалось, что он стоит на краю пропасти. Все внизу терялось в мареве дождя и разноцветных огней. Самсонов перешел к другому краю и тут увидел примерно пятью этажами ниже маленькую человеческую фигурку, ловко спускающуюся по стене. Полицейскому вспомнились паркурщики, которых он видел по телевизору. Тот, кого он преследовал, двигался примерно так же. Вот он уже был двумя метрами ниже, дождевик развевался и трепетал, как крылья насекомого. Что-то заставило человека поднять голову. Шарфа на лице не было, но на таком расстоянии черты было не разобрать, и оно выглядело просто как бледное пятно. Человек увидел полицейского и перестал спускаться. Вместо этого он ударил ногами в лестничное окно, выбил стекло и нырнул внутрь.

Выругавшись, Самсонов бросился обратно к служебной лестнице. Он отставал, и довольно прилично. Человек, видимо, решил, что несуществующие коллеги Самсонова побегут вслед за своим товарищем на крышу и оставят лестницу без присмотра. Он рассчитывал спуститься и беспрепятственно выбраться на улицу. Самсонов понимал, что этому плану некому помешать, поэтому бежал, перепрыгивая сразу через три-четыре ступеньки, рискуя сломать себе ногу. Он слышал, как внизу хлопнула дверь – человек выскочил на улицу. Старший лейтенант оказался снаружи через двадцать секунд после него, но тут же понял, что погоня окончена: мимо шли толпы людей, вокруг виднелись зонты, зонты и зонты, а черные пасти подворотен ясно говорили: ты проиграл! Самсонов вдруг заметил, что от него шарахаются прохожие. Дело в том, что он стоял посреди тротуара с пистолетом в руке, мокрый насквозь, тяжело дыша и с безумным блеском в глазах.

– Полиция! – рявкнул он какой-то парочке, в нерешительности застывшей в паре метров от него.

И вдруг справа мелькнул дождевик. Не так много людей выбирают подобный способ защититься от дождя, и Самсонов не сомневался: это тот, кто ему нужен! Раздумывать было некогда, и полицейский среагировал мгновенно – помчался по улице, расталкивая прохожих и не обращая внимания на доносившиеся вслед возмущенные окрики. Дождевик то исчезал, то появлялся на долю секунды – похоже, человек торопился, шел быстрее остальных. Может быть, бежал, как и Самсонов.

Старший лейтенант прибавил ходу. В ботинках хлюпала вода, дождь заливал глаза, куртка и штаны плотно облепляли тело, стесняя движения, но расстояние между Самсоновым и человеком в дождевике сокращалось. Полицейский понял, что скоро догонит его. Как ни странно, за все время человек ни разу не оглянулся – похоже, он был уверен, что оторвался и ему ничего не грозит. Через полминуты Самсонов был уже в десятке метров за его спиной и перешел на быстрый шаг. Похоже, объект направлялся к метро. Полицейский держал правую руку за пазухой, потому что не хотел выпускать пистолет, но и светить им на улице тоже. Он нагнал человека в дождевике, вытер лицо мокрым рукавом и протянул левую руку, чтобы схватить его за плечо и развернуть к себе. Вдруг человек остановился. Это произошло так неожиданно, а Самсонов был к нему так близко, что не успел затормозить и налетел на него.

– Эй, поаккуратнее нельзя?! – Возмущенный женский голос заставил полицейского сунуть почти вынутое оружие обратно под куртку.

На него смотрела дама лет пятидесяти, в очках, державшая в руке мобильный телефон. С ее дождевика потоками катилась вода. Поток пешеходов огибал ее и Самсонова с двух сторон.

– Ослеп ты, что ли?! – спросила женщина. – Смотри, куда прешь!

– Нечего на дороге вставать как вкопанная! – огрызнулся Самсонов, вертя головой, но уже понимая, что того, кто был ему нужен, он давно потерял. След оказался ложным.

– Что-о?! – протянула женщина, повышая голос до визга.

– Заткнись, идиотка! – спокойно ответил Самсонов.

Сунув пистолет в кобуру, он пошел обратно, сопровождаемый отборной бранью.

Через десять минут Самсонов был возле дома, где жил Иртемьев. Дверь подъезда открылась, и на крыльцо вышел мужчина в футболке и трениках. Щелкнув зажигалкой, он закурил, брезгливо глядя на пенящиеся лужи. Самсонов проскользнул мимо него в подъезд, дверь которого еще не успела закрыться благодаря тугой пружине. Поднимаясь на шестой этаж, он набрал номер Полтавина.

– Что тебе надо? – неприветливо отозвался криминалист. – Я не работаю по ночам! По ночам я сплю и советую некоторым поступать так же.

Самсонов подобрал на лестничной площадке свой зонт и вошел в квартиру Иртемьева. Прихожая, первая комната, вторая. Он остановился на пороге. Здесь все и произошло!

– Извини, но придется тебе или кому-то из твоих орлов приехать по адресу, который я тебе сейчас продиктую.

Полтавин шумно вздохнул:

– Кого убили?

– Думаю, одного из подозреваемых.

– Вот как?! Не женщину?

– Нет.

– Ладно, я пришлю пару человек. Кто там у меня сегодня дежурит…

– Запиши адрес, а потом посмотришь.

– Ладно, давай.