Читаем Невозвращенец полностью

Вроде бы ничего не изменилось. Тот же лес, та же полянка. Тот же трухлявый пень. Тот же зуб, воткнутый в него точно посередине. Только вот на мне уже нет платья, а вертикальное положение мое тело больше не считает наилучшим из предназначенных для ходьбы. Я прислушался. Я знал, ЧТО мне нужно услышать. Этого нельзя передать. Про это нельзя рассказать. Это можно только УСЛЫШАТЬ, а точнее ПОЧУВСТВОВАТЬ. Это не звук, не запах и не какое-либо из понятных чувств. Я стремился услышать... дух ЭТОГО леса.

Это - не чувство и не знание. Это - что-то совсем иное. Что-то, что позволяет всем его жителям делиться между собой знаниями и чувствами, ничего не произнося и не выкрикивая. Это - что-то не менее живое, чем любой человек или зверь. Но это - не то и не другое. Это - идеальная коммуникационная среда, покинутая человеком еще давным давно, когда у него только родилась идея взять палку, примотать к ней булыжник, и вооружившись сиим нехитрым инструментом, отправиться на путь покорения всего живого, что его окружает... И с тех пор ни разу не задумавшегося о том, а нужен ли всему живому столь радетельный хозяин. Но сразу же выяснившего все плюсы от введения такого хозяйствования самому... Он отрекся от всего этого, и Дух Леса просто перестал ему подчиняться. И человек перестал его слышать. Единожды и навсегда.

Находясь на приличном расстоянии от Круга, я слышал, как нехорошо потрескивают сучья очага, как тянется заунывное и совсем чужое пение со стороны деревни, изредка перемежающееся чьим-то тихим плачем, как совсем недалеко, где-то в полукилометре отсюда они не дают заснуть какому-то маленькому животному, ворочающемуся в своей норке и никак не могущему согреться. Я слышал как где-то, еще совсем далеко, прошелестела ветка, случайно сдвинутая чьим-то очень осторожным движением... Вспугнутый приближением чего-то неизвестного в дупле неподалеку кто-то недовольно завозился... Но только получше устроился и начал еле заметно посапывать. Журчал ручей. В нем кто-то плескался. Слегка потрескивая, медленно остывала от внезапно припекшего солнца земля. Шелестела трава и листья деревьев. Это уже были проделки вовсю гулявшего по лесу ветерка, которому, наверное, доставляло удовольствие бродить по лесу и шелестеть свежей листвой. Лес жил своей, едва заметной жизнью. И только Сумеречный лес был по прежнему мрачен и молчалив. Он был почти мертв. Но что-то в нем все-таки жило.

Я начал принюхиваться. Где-то здесь был не маленький такой развал костей на абсолютно безжизненном пространстве. Там же был и меч. Так и не изобретенный в моем мире Плазменник... Несущий на рукояти Запах Врага. Интересно другое: Если в моем мире его так и не изобрели, то кто же продал эту технологию Назгулам?

Итак, мы ищем запах Врага. И запах тех самых костей, одна из которых... кстати... торчит сейчас в том самом пеньке.

Я подошел к пеньку и потянул из торчащего в нем предмета носом тонкий и еле уловимый, но несмотря на все усилия его бывших владельцев еще сохранившийся там, на грани уловимости, запах. Запах внутренностей... давным давно убитой кошки... вступившейся за кого-то из предков моего первого полосатого гида по этому миру.

Запах упорно ускользал. Его стремился забить собой другой. Более резкий и более вызывающий... Запах... Давным давно запекшейся крови, доносящийся с острия импровизированного лезвия.

Я запомнил ту и другую, неповторимую гамму запахов и оттенков, присущую как Крови Врага, так и Останкам Друга. Все равно они мне должны встретиться вместе в этом лесу. Тем более что мне здесь все равно нужно оружие. А плазменник для этой миссии подходит как нельзя более лучшим образом. Его нельзя перерубить, он легок и компактен. И как раз наиболее подходящ для такого не особо накачанного тела, какое досталось здесь мне. На него при всем желании не удастся кастить заклинания, потому как заклинания-на-меч ложатся в основном на его лезвие, а у этого творения лезвия вообще не имеется... Наконец он удобен тем, что может появиться неожиданно... Правда и атомные батарейки у него могут кончиться в любой момент. Но надеюсь, что до этого не дойдет.

Вынюхав достаточное количество интересующих меня запахов для того, чтобы отличить их от любых похожих даже в холодном бреду, я оставил пенек в покое и, отбежав на достаточное расстояние, чтобы не вернуться к нему обратно по своим же следам, прижав свой нос почти к земле начал искать что-нибудь похожее.

Не многие верят в эту легенду, но это так. Волк всегда находит своего обидчика по запаху. Где бы он ни был, и сколько бы лет ни прошло. Может быть, именно поэтому нас так пугает страшный призрак человека с головой волка, заставляющего вспомнить все свои ошибки и пригрешения за всю свою жизнь. В последний раз. Ибо это - последний страж Мира Мертвых.