— Это может оказаться не так просто, — пробормотал он. — На корабль уже давно никто не поднимался. Очень возможно, что нас ожидают там неприятные сюрпризы.

— О чем ты?

Юноша пожал плечами.

— Это «разумный» корабль, — сказал он. — Его наделили способностью к самовосстановлению… или, по крайней мере, умением адаптироваться к кризисным ситуациям. Когда мы, ЖАББО и я, покинули его, мы оставили после себя десятки роботов в отличном рабочем состоянии…

— К чему ты ведешь? — нетерпеливо спросила Зигрид.

— Он пытается объяснить тебе, что роботы могли выйти из повиновения в отсутствие разумных существ, — закончила за него Мелани с явным сарказмом. — Можно ожидать чего угодно. Роботы — не слишком умные машины и не всегда верно оценивают ситуацию. Они могут неверно истолковать происходящее и, скажем так, пальнуть мимо цели.

— Это правда, — замявшись, подтвердил Зоид. — Может статься, что дроиды примут нас за вторгшихся захватчиков и встретят нас с оружием в руках. Они уже так давно живут сами по себе, без всякого контроля…

— Тем более нам стоит отправиться туда поскорее! — вскричала Зигрид. — Если Гюс там совсем один, роботы, возможно, обращаются с ним, как с врагом.

— Я пойду с тобой, — заявила Мелани. — Ты помогла мне выйти из ЖАББО, и я твоя должница.

— Спасибо, — пробормотала Зигрид.

— И к тому же ты мой друг… — неуверенно добавила девочка. — Не могу же я ненавидеть всех подряд. Ненависть, если она длится долго, — довольно утомительная работа.

* * *

Когда они уже выходили из здания, Зигрид вздрогнула: у подъезда их ожидала группа ЖАББО. Во главе ее держался Умк, странное существо, которое пыталось убить ее, заставив проглотить таблетку «Фобоса» — наркотика страха.

Главарь мятежных монстров приблизился к Мелани, ковыляя на кривых ногах. Какую-то секунду Зигрид казалось, что он собирается напасть на девочку, и она попыталась было заслонить ее, но тут заметила, что Умк держится с невероятной почтительностью.

Подойдя к невесте жабы, он преклонил одно колено, как средневековый рыцарь перед своим сеньором.

— Госпожа, — произнес он причудливым голосом человекообразной амфибии, — мы знаем, что ты вышла из утробы Твари. Побег горгульи стал местью людям за все то зло, которое они нам причинили. Она сеяла хаос и боль среди тех, кто обращался с нами как с рабами. Нам больше нечего делать здесь, на этой Земле, которая так и не стала нашей планетой и где нас никто не любит. Мы должны покинуть ее. Ты поведешь нас, ибо именно через тебя молнии отмщения обрушились на город людей. Уведи нас далеко-далеко отсюда, о серебровласая принцесса. Уведи нас в другое царство, где никто не будет насмехаться над нашими уродливыми телами. Если мы задержимся здесь дольше, земляне в конце концов сделают нас злыми и жестокими.

Мелани выступила вперед. Ветер, гулявший среди руин, развевал ее длинные серебристые волосы. В этот миг ее лицо сияло сверхъестественной, пугающей красотой.

Она положила руку на плечо Умка.

— Встань, — сказала она просто. — Я поведу вас. Я знаю, куда нам идти.

— Куда, ваше величество? — почтительно спросил монстр.

Мелани подняла руку в направлении развалин инопланетного корабля, парящего над крышами разрушенного города.

— Наверх, — сказала она. — Туда, где мы все родились. Домой.

Глава 24

Армия проклятых

Когда на разоренный город опустилась темнота, из руин стали появляться монстры. Они выходили один за другим, запыленные, покрытые порезами и шрамами, с осколками металла и стекла, торчащими из спин. Они тяжеловесно шагали в одном направлении, не обращая внимания на многочисленные раны, и вливались в колонну своих сородичей.

Умк усадил Мелани на зеленоватое толстокожее животное, похожее на носорога. Верхом на этом несуразном скакуне невеста жабы больше, чем когда-либо, походила на принцессу — могущественную повелительницу потрепанной армии всеми отверженных, уродливых существ, которые ковыляли вперед с непреклонной решимостью.

Зигрид задрожала. Происходило нечто очень важное — настоящий переворот в истории человечества, о котором, однако, никто пока не догадывался. Разочарованные ЖАББО покидали Землю. Они надеялись связать себя с людьми узами братства, но земляне видели в них только жутких пугал… нет, еще хуже: шутов, в которых даже дети могли кидаться гнилыми помидорами. И теперь они возвращались домой. То есть в никуда, на непонятный космический корабль-лабораторию, где они долго вызревали в котлах и чанах, ожидая доброй воли хозяев, своих создателей.

Город лишался главных тружеников — рабочих с тремя глазами, шестью руками и четырьмя ногами, которых столько времени бесстыдно эксплуатировал всего лишь потому, что они никогда не жаловались.

Жутковатое войско шествовало в ночи среди развалин, тесня пожарных и солдат. Пять тысяч когтистых лап топали в унисон, заставляя вибрировать немногие уцелевшие оконные стекла.

Зигрид и Зоид шагали бок о бок с горгульями, стараясь не попасть гигантским спутникам под ноги.