Читаем Неумерший полностью

Только после того как гости отужинали, этикет позволял матери разузнать причину их посещения. Мы с Сегиллосом сгорали от любопытства, однако она не торопилась расспрашивать. В то время как арверны выказывали дружеское расположение, а Альбиос без удержу всех веселил, Сумариос был напряжён, и мать, наверное, почувствовала в этом визите подвох. Она слишком долго жила вдали от светского двора и из-за своей уязвлённой гордости интуитивно не доверяла всему, исходящему из окружающего мира. Пока воины с удовольствием пили и шутили, отчуждённость, с которой держалась мать, в конечном счете смутила принцессу Кассимару, ожидавшую, возможно, другого приёма. Альбиос был, однако, слишком проницательным, чтобы пустить эту неловкую ситуацию на самотек. Выждав некоторое время, чтобы дать возможность хозяйке дома задать все свои вопросы, он взял инициативу в свои руки, чтобы заговорить наконец о цели визита.

– Как и всегда, – промолвил он, – ты очень щедра с путниками, которые останавливаются под твоей крышей, Данисса. И ты проявляешь большую тактичность, избавляя их от неуместных расспросов. Но всё же мы пришли к тебе не случайно – Кассимара, дочь Элуорикса, сама пожелала встретиться с тобой.

Арвернская принцесса с благодарностью взглянула на барда, который, таким образом, озвучил ее тайное намерение.

– Я польщена твоим вниманием, Кассимара, но я не понимаю его причину, – сказала мать. – Вот уже много лет, как обо мне все забыли.

Это замечание было жестоким по отношению к Сумариосу и обидным для Альбиоса. Бард, однако, не принял его близко к сердцу и ответил быстро, не дав сказать и слова арвернской принцессе, возможно опасаясь, что юные годы могут побудить её к необдуманному ответу.

– Наше присутствие в этом доме свидетельствует об обратном, – мягко возразил музыкант. – Дочь Элуорикса не безразлична к твоей судьбе и желает помочь тебе восстановить связь с благородной знатью.

– Очень любезно с твоей стороны, – сказала мать, глядя Кассимаре в глаза. – Но я сомневаюсь, что ты поступаешь так по доброте душевной. Пришла ли ты сюда от имени своего отца? Намереваешься ли ты объявить войну Верховному королю?

– Нет, – спокойно ответила принцесса. – На самом деле я собираюсь с ним обвенчаться.

Впервые за всё это время мать выглядела по-настоящему удивленной. На мгновение она замолчала, но вскоре нахмурилась, потупив взгляд. Альбиос счёл нужным снова вмешаться.

– Много событий произошло в Аварском броде за последние несколько зим, – заметил он, – но так как эта тема была тебе не в радость, мы ни о чём не рассказывали. Теперь же мне придётся это сделать, чтобы объяснить присутствие Кассимары в наших землях. Уже долгое время в супружестве твоего брата и Приттус царил разлад. В прошлом же году вспыхнула и настоящая ссора. Верховная королева заявила, что принадлежащие ей стада были намного породистее, чем у мужа, и что именно она обеспечивала процветание королевству. Твой брат это, конечно же, оспорил. Придворные герои и богатыри разделились на два лагеря, подстрекая спорщиков. Волопасы подняли оружие друг на друга, и дело дошло до кровопролития. Великий друид попытался усмирить всех, но Приттус сложила сатиру на Амбигата, и без защиты своих магов он бы тяжело заболел. Правитель захотел призвать её к ответу. Тогда, дабы избежать гнева мужа, Верховная королева покинула Аварский брод и укрылась у своего брата Арктиноса в Бибракте. Слухи о надвигавшейся войне между битуригами и эдуэнами некоторое время витали в воздухе, но на этот раз Великому друиду Комруносу удалось помирить Арктиноса и Амбигата. Твой брат согласился расторгнуть союз, хотя и не без того, чтобы присвоить себе приданое Приттус.

Презрительная улыбка скользнула по губам матери, но она промолчала.

– Верховный король не может править без жены, – продолжал Альбиос. – Королевство останется без наследников. Тогда твой брат отправил гонцов к своим вассалам и союзникам, чтобы найти себе новую спутницу. Принцесса Кассимара превзошла знатностью и красотою всех своих соперниц, поэтому именно ей выпала честь разделить с ним ложе.

Мать снова перевела взгляд на гостью и на этот раз разглядывала её очаровательное личико так внимательно, как если бы только что его увидела, что было весьма невежливо, поскольку они сидели бок о бок.

– Бедное дитя, – прошептала она.

Троксо нервно заерзал, пытаясь сдержать негодование, вызванное ее резкими словами. Щёки Касимары налились пунцом, и её поведение стало более решительным. Властным жестом она прервала Альбиоса, который снова собирался заговорить.

– Я Кассимара, дочь Элуорикса, – заявила она. – Я ещё не достигла твоего возраста и у меня нет твоего опыта, Данисса, но по своему происхождению и образованию я ничем тебе не уступаю. Я не вчера родилась и прекрасно знаю, что ждёт меня в Аварском броде, но я счастлива, ибо чувствую себя достаточно сильной, чтобы справиться с этим.

– Да, разумеется, – уверенно согласилась мать. – Ты королевская дочь – и ты станешь королевой. Как и я.