Читаем Неуёмная (СИ) полностью

— Вот же ж грязная девка, а! А что ещё ты можешь нам такого интересного у себя показать, а?

Они что, совсем тупенькие? Чего им нужно? Разве не понимают, что ей это не интересно и она только и хочет, чтобы они отстали? Как бы, ау, она им тут хамит! А они не уходят!

Поэтому она пошла дальше — и, аккуратно взяв края широкого платьица пальчиками свободной руки, подняла его вверх, покуда не показался низ этого её большого, округлого животика — а также вывернутый наружу пупочек и сильно растянутая светящаяся стигма. И оба эти придурка понаклоняли головы, чтобы увидеть ещё и то, что было там под ним, из-за чего Шаос пришлось податься бёдрами вперёд и по особому выгнуть спину. Трусишки у неё в этот раз были беленькие, в разноцветный горошек. И с заниженной талией, чтобы сильно животом их не оттягивало. И конечно же, через них чётко читалось её копытце.

И — нет. Её эта определённо гениальная тактика на пять шагов вперёд всё так же не сработала, и вместо того, чтобы смутиться и уйти, они остались, продолжая заливать её странными вопросами, будто бы хотели над ней посмеяться:

— А кто у тебя там живёт? Щеночки, котятки? — Спросил уже полуэльф.

— Всякое лазное. За пять золотых дам потвогать… — Сказала она — и горделиво задрала голову, одновременно с этим отпуская платье.

Всё складывалось как-то не лучшим образом. Из-за чего девушка ощутила новую волну беспокойства. Е-если же так и дальше пойдёт, они что… под юбку ей залезть соберутся, не?.. Они же не для этого с ней заговорили?! Она, между прочим, в определённом положении, ау! Какой безумец вообще решится заговорить с беременной ради такого прямо, блин, на улице?!

— С каздого… — Решилась увеличить сумму в надежде, что это может их остановить…

Но цена эта один фиг была смешной для подобного, из-за чего упустить такой цирк было бы просто грешно — и требуемая плата, под громкое сопение Шаос, была быстро найдена, а мужчины, получив законное разрешение распускать руки, положили свои ладони на её живот, начиная его массировать и поглаживать, до сладкого кряхтения надавливая на него своими мозолистыми и шершавыми пальцами…

— Что-то твёрденькое у тебя там…

— Ээээ…. Вы хоть знаете, как это выглядит? — Спросила Шаос, бросая косые взгляды по сторонам — как бы, парк был не слишком многолюден, но всё же люди сюда заходили! И ладно бы там её трогал кто-то один — можно было бы расценить это как проявление любви отца к своему дитя, но сразу двое отцов?..

Но по мере того, как они продолжали гладить её, прощупывая своими большими, сильными пальцами содержимое её живота и пытаясь понять, что там и в каком количестве находится, девушка сжала ноги вместе. Потому что её ненасытное тело стало охотно на эти прикосновения отзываться — утяжелялось дыхание, а где-то там ещё становилось очень тепло и влажно.

— Э-эй, эй… Н-ну хватит, вы на пять золотых увэ нагладили…

А всё же, как это было приятно… Н-ну нравится ей, когда её трогают! Хочется ей этого, не хочется — нравится и всё тут! И дамианка не смогла отказать себе в удовольствии и не откинуться назад, на самую спинку, выпячивая при этом вперёд бёдра и до истомного подрагивания вытягивая ноги — пока в обеих её коленочках тихонько не хрустнуло.

С шумом, она выдохнула. Уронила вниз плечи и накрыла их руки своими тёплыми лапками, бросая на них мутные, будто бы светящиеся похотливым туманцем взгляды, пока между блестящих губ тянулись тоненькие струнки слюнок.

— Вы ведь хотите сделать это со мной, да?.. Для этого вы со мной заговоили, да?..

— Что хотим? — Спросил чистокровный человек, как раз в этот момент особенно удачно обхвативший яичко в её большом животике. И ехидно при этом улыбнулся.

— Я-я согласна… Но только не тут, н-не в палке, на скамейке… Т-тут люди…

Кажется, в этот момент хмель выбило из обоих.

Минуточку! Это что она им сейчас предлагала?….

— В смысле… потрахаться? — В замешательстве спросил одноглазый — и встретил несколько неуверенных кивков со стороны товарища. Тот был явно не против. — А ты… с большими-то дядьками можешь трахаться? Тем более, ты же…

Ехидна прикрыла один глаз, а второй отвела в сторону — чисто со стыда. Ну, да, она трахается, будучи беременной, и-и что с того?.. Но не на любом сроке! А только когда можно…

— Могу… Могу сазу с двумя, еси хотите…

— Подожди, прямо, ну?… — Человек указал на её животик…

— Ну вы будете аккулатны, да?.. — Протянула она в ответ, виновато соскаливая зубки.

Мужчины снова переглянулись. Серьёзно? Они же, как бы, просто к ней подошли, подаё*ываться каплю, а то что она тут, на скамейке сидела? Крем свой лизала, ещё и с животом таким… И вообще, волосы у неё цвета необычного были… И шапку не носила… А не прошло и десяти минут — и она предложила им себя отыметь? За дарма?.. В-вот уж правду об этих суккубах говорят!..

Девушка вытянула вперёд уже верхние лапки, намекая на то, что её можно поднять — и тот, что был покрепче, подхватил тридцатикиллограммовую ехидну, усаживая её к себе на согнутую в локте руку, покуда сама она оплела в объятьях его пахнущую потом шею. И удержаться, чтобы не лизнуть её — она не смогла.