Читаем Нет более слепых… полностью

Тэйлор улыбнулась очаровательной чувственной улыбкой и позволила своему дрожащему телу расслабиться на кровати. За это она была вознаграждена поцелуем, от интенсивности которого закружилась голова. Руки Тори продолжали ласкать ее тело, когда она достигла грудей темноволосой женщины, обе поняли, что такое рай на земле. Тори двигалась между ног Тэйлор, пока не почувствовала ее влагу на своем животе. Она уткнулась головой в грудь Тэйлор, целуя ее, посасывая, облизывая твердые потемневшие соски, ее губы ухватились за один из сосков, прикусив его зубами и лаская языком.

Тэйлор попыталась поднять голову, чтобы посмотреть. Похоже, что женщина занималась любовью с ее грудями, а звуки которые Тори при этом издавала, заставили Тэйлор почувствовать себя шестью футами раскаленного желания.

Тэйлор часто задышала. Изгибая спину, она прижала свою влажную плоть к мускулам живота Тори.

– Пожалуйста, Тори… сейчас.

Дальнейшие пояснения не требовались. Тори соскользнула вниз и вошла в нее двумя пальцами, накрывая губами и языком пульсирующий клитор Тэйлор. Низкий гортанный стон удовлетворения вырвался из груди художницы, побуждая Тори сильнее ласкать языком набухшую плоть. Тори добавила еще один палец внутрь Тэйлор, толкая глубже в извивающееся тело любовницы, Тэйлор встречала каждое движение ответным движением бедер, чтобы принять глубже руку Тори.

– О… Тори… – это были последние разборчивые слова Тэйлор, она с нечеловеческой силой сжала спинку кровати, она перестала двигать бедрами, позволяя Тори позаботиться об остальном. Она чувствовала, что оргазм подступает, обжигая ее тело языками пламени, становясь все горячее и горячее, пока не достиг ее тела. Экстаз ворвался в нее мощным взрывом, заставляя художницу таять.

От крика, который она испустила, зазвенело в ее собственных ушах.

Тори подняла голову от бедер художницы и увидела слезы, сорвавшиеся с ресниц голубых глаз Тэйлор.

– Милая, все хорошо? – Тори пошевелилась, чтобы втащить пальцы из тела Тэйлор, где они все еще находились.

Тэйлор быстро дернулась и задержала Тори за запястье.

– Пожалуйста, останься. Просто передвинься ко мне, – попросила Тэйлор.

Две женщины лежали друг на друге, нога Тэйлор обвивала бедра Тори. Маленькая женщина смахнула слезы с лица любимой, пытаясь сдержать свои. Она целовала губы Тэйлор, ее глаза, щеки.

– Прости, – произнесла Тэйлор. – Просто я так сильно расчувствовалась.

– Я знаю, любовь моя. Я понимаю, – сказала Тори, нежно прикасаясь к ее губам в любящем поцелуе, который разрушил остававшиеся стены вокруг сердца художницы, заставляя биться их сердца вместе.

Тэйлор прижала к себе сильнее женщину, пальцы Тори все еще оставались внутри нее. Тори шептала слова любви темноволосой женщине, в восхищении чувствуя, что ее пальцы внутри любимой, окруженные мягкой шелковистой кожей. Она могла чувствовать постепенно затихающие дрожь и сокращения мышц Тэйлор под ее рукой, поскольку она начала снова целовать ее шею и грудь, чтобы зажечь огонь страсти еще раз.

Тэйлор ощущала твердые мышца спины Тори, ее нежную кожу, поцелуи мягких губ на своей шее и груди. Художница закрыла глаза и начала медленно двигать бедрами, подчиняясь ритму, который задавали пальцы Тори, скользя внутри. Их губы встретились, соприкоснулись языки и Тэйлор почувствовала горячую волну пронесшуюся по ее телу и разбившуюся на мелкие брызги о ее клитор.

Тори ощущала поцелуй всей душой, его нежность и чувственность в смеси с невероятной страстью. Она почувствовала, как влага Тэйлор покрыла ее руку, тело Тэйлор принимало ее все глубже. Тори продолжила движения, скользя вдоль мышц художницы, дрожащих в ожидании. Тори мягко вводила руку и выводила, в то время, как ее большой палец не на секунду не переставал массировать чувствительную плоть Тэйлор. Мышцы женщины отчаянно сжались, вокруг пальцев Тори, она погрузила их еще глубже и почувствовала интенсивные сокращения.

Этот оргазм был такой же сильный, как и предыдущий, но на этот раз, ощущение руки Тори внутри, успокаивало Тэйлор.

– О, Тори…да… – застонала Тэйлор, откидывая назад голову, ее тело сотрясалось в восхитительных конвульсиях.

Тори наконец вытащила пальцы из своей возлюбленной, чтобы поднести их к своим губам, смакуя великолепный вкус и аромат влаги, блестящей на них.

Обретя дар речи, Тэйлор улыбнулась любовнице и сказала.

– Господи Иисусе, женщина. Если бы тебе было восемнадцать, ты бы убила меня!

– Я так сильно хочу тебя, Тори. Я хочу сделать тебя своей, – хрипло шептала Тэйлор.

– О, любовь моя, я всегда была твоей, – ответила Тори, затаив дыхание.

Тэйлор прижалась к Тори всем телом, чувствуя ее бедра против своих. Стоны Тори потонули в губах художницы, захватившей ее рот для голодного страстного поцелуя. Губы Тэйлор спускались по шее Тори, к мочке уха, чтобы вобрать ее в себя, медленно лаская языком, чуть прикусывая зубами. Художница начала шептать эротические слова в ухо женщины, ее влажное дыхание и содержание ее слов заставляли Тори дрожать от предвкушения.