Читаем Несколько страниц полностью

Вне зависимости от пола или в каких летах,записной ли псих, мухи ли не обидит, —человек, смотрящий на воду, выглядит так,будто думает, что его не видят.Если думает. Что, вообще говоря, позор.Но и третий глаз, как и первые два, замылен,и река уносит… как что? Да как тот же сор,даже мелкую мысль,заблудившуюся среди извилин.Так учебник историилистает привычная пятерня:с упоением тем же, навязчивым или вящим,водный поток завораживает нас всеми тремясоставляющими времени —прошлым, будущим и настоящим.Оттого и лицо в ладони упрятавший господинтам, где ивы к воде опрометчиво льнут и никнут,у холодной реки засидевшийся до седин,так беспомощно озирается, когда окликнут.2010

«Как нормальные мужики …»

Как нормальные мужики —политикой или бабами,я, с чего ни начну, сколь угодно издалека,заканчиваю дождём, просёлком с его ухабами,а на заднем плане — река,о которой хотя и знаешь, куда течёт,но течёт ли вообще, ни за что не уловишь глазом.Тишина. И глухое «увы» — не в счёт,потому что накрывшиеся медным тазомпланы на будущее посылают своё «увы»из небытия. И с некоторого моментастранный запахприхваченной заморозками травысмешивается с дождём, тишиной и ещё с чем-то,что лежит на сердце, да и на той же душе,как на ветках и проводах изморозь или наледь,от чего охотно избавился бы уже,но чего не забыть и, тем более, не исправить.2010

«Если солнце стоит высоко, то тени…»

Если солнце стоит высоко, то тени,коротая время до заката дня,прячутся в листве деревьев (и других растений),а подует ветер — начинается беготня,перепрятки, шум, мельтешение, но под вечертени вытягиваются, передразнивая дома,и сливаются, как слова иноземной речи,в нечто целое. Как томазапылённых книг на забитых донельзя полках,что не то что читать, но уже различать невмочь,ибо, будучи из, вообще-то, не самых стойких,устаю. А ещё: потому что ночь.2010

«Последняя капля, сорвавшаяся с края крыши…»

Последняя капля, сорвавшаяся с края крыши,падает на землю с хрестоматийным «кап»,после чего становится намного тише,чем было до этого. Как будто кляпзаделали и без того молчавшему человеку.У такого молчания даже не спросишь: ну?Чтобы отдых дать натруженным за день векам,закрываешь глаза и погружаешься в тишину,как в астральные дебри какой-нибудь лженауки,как скупой — в подземелья — рыцарь,а лучше — крот;и уже не понять: тишину нарушают звукиили — наоборот…2010

Круги на воде


«Он и в Африке — слон…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное
Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия
Форма воды
Форма воды

1962 год. Элиза Эспозито работает уборщицей в исследовательском аэрокосмическом центре «Оккам» в Балтиморе. Эта работа – лучшее, что смогла получить немая сирота из приюта. И если бы не подруга Зельда да сосед Джайлз, жизнь Элизы была бы совсем невыносимой.Но однажды ночью в «Оккаме» появляется военнослужащий Ричард Стрикланд, доставивший в центр сверхсекретный объект – пойманного в джунглях Амазонки человека-амфибию. Это создание одновременно пугает Элизу и завораживает, и она учит его языку жестов. Постепенно взаимный интерес перерастает в чувства, и Элиза решается на совместный побег с возлюбленным. Она полна решимости, но Стрикланд не собирается так легко расстаться с подопытным, ведь об амфибии узнали русские и намереваются его выкрасть. Сможет ли Элиза, даже с поддержкой Зельды и Джайлза, осуществить свой безумный план?

Наталья «TalisToria» Белоненко , Андреа Камиллери , Ира Вайнер , Гильермо Дель Торо , Злата Миронова

Криминальный детектив / Поэзия / Фантастика / Ужасы / Романы