Читаем Нераскрытая самость полностью

Этими словами я хотел бы привлечь внимание читателя к главной трудности, с которой ему придется столкнуться. Ужасы, которые диктаторские государства навлекли на человечество в последнее время, суть не что иное, как кульминация всех тех злодеяний, в которых были повинны наши предки в не столь отдаленном прошлом. Помимо рек крови, в которых христианские народы топили друг друга на протяжении всей европейской истории, европейцы должны ответить и за преступления, совершенные ими в отношении цветных рас в процессе колонизации. В этом смысле белый человек действительно несет тяжкое бремя. Перед нами открывается общая картина человеческой тени, причем написанная самыми черными красками, какие только возможны. Зло, которое проявляется в человеке и которое, несомненно, обитает в нем, столь огромно, что учение Церкви о первородном грехе, проистекающем из относительно невинного проступка Адама и Евы, представляется почти эвфемизмом. Ситуация гораздо серьезнее и сильно недооценивается.

Общепринятая точка зрения, что человек есть только то, что знает о себе его сознание, приводит нас к тому, что к беззаконию добавляется еще и глупость. Человек не отрицает, что ужасные вещи случались и продолжают случаться сейчас, но их всегда совершают «другие». Когда такие поступки принадлежат к недавнему или далекому прошлому, они быстро погружаются в море забвения, и человек возвращается в то состояние хронической неясности мышления, которое мы называем «нормальностью». В действительности же ничто окончательно не исчезло и ничто не было исправлено. Зло, вина, неспокойная совесть, мрачные предчувствия у нас перед глазами, но мы их не замечаем. Все это совершил человек; я – человек, и мне присуща человеческая природа; посему я виновен так же, как и все остальные, и несу в себе неизменную и неистребимую способность и склонность снова и снова совершать те же ошибки. Даже если с юридической точки зрения мы не были пособниками преступления, мы все равно, в силу самой нашей человеческой природы, потенциальные преступники. Просто пока нам не представился случай быть втянутыми в эту адскую mêlée[31]. Никто из нас не стоит в стороне от черной коллективной тени человечества. Независимо от того, когда было совершено преступление – много поколений назад или сегодня, – оно есть симптом предрасположенности, которая присутствует всегда и везде. Посему было бы неплохо иметь некоторое «злое воображение», ибо только глупец может постоянно пренебрегать свойствами своей собственной природы. На самом деле подобное безразличие – самый верный способ превратить его в орудие зла. Безобидность и наивность тут не помогут, как не поможет больному холерой и тем, кто находится рядом с ним, неведение относительно заразности болезни. Напротив, безобидность и наивность ведут к проекции неосознанного зла на «другого». Это лишь укрепляет позицию противника, ибо проекция переносит на другую сторону страх, который мы невольно и тайно испытываем по отношению к собственному злу, и значительно увеличивает угрозу. Кроме того, отсутствие адекватных представлений о самом себе лишает нас способности бороться со злом. Здесь мы, разумеется, сталкиваемся с одним из главных предрассудков христианской традиции, создающим большие сложности для нашей политики. Нам говорят, что мы должны избегать зла, по возможности, не соприкасаться с ним и не упоминать о нем, ибо зло есть дурное предзнаменование, табу, предвестник беды, которого следует всячески бояться. Данное апотропеическое отношение ко злу и явные попытки его обойти потворствуют нашей примитивной склонности закрывать глаза на зло и отодвигать его за некий рубеж, подобно ветхозаветному козлу отпущения, который должен унести зло в пустыню.