Читаем Непреклонность полностью

Тон его голоса частично утратил поддразнивание, и я тотчас ощутила беспокойство. Я усилила свою хватку на руле.

— Поговорить о чём?

Николас приподнял бровь.

— Ты выглядишь так, будто готова сбежать. Я не кусаюсь, знаешь ли.

— Да, это именно то, что я думала о другом парне, — сухо ответила я, и он рассмеялся, тем самым удивив меня.

Его лицо лишилось свойственной ему жестокости, и его чувственная улыбка заставила мой желудок затрепетать ещё до того, как я дала себе мысленный подзатыльник.

— Во всяком случае, говоришь ты так, словно хорошо оправилась, — его глаза непоколебимо встретились с моим взглядом. — Я здесь не для того, чтобы навредить тебе, и нам действительно надо поговорить.

— О чём, вообще, мы должны поговорить? Я даже твою фамилию не знаю.

— Даньшов, а твоя фамилия Грей. Теперь, когда мы познакомились, мы можем поговорить?

Он прозвучал искренне, да и находились мы на улице, поэтому я посчитала, что никакая настоящая опасность мне не грозила. К тому же, он спас мою жизнь. Мне надо выслушать всё, что он был вынужден мне сказать; как минимум, я слишком многим была ему обязана.

— Ладно.

— Здесь есть место, где мы могли бы поговорить с глазу на глаз?

На несколько минут я задумалась.

— Мы можем пойти вглубь верфи. Обычно там достаточно пусто в это время дня.

— Это пойдёт.

Я сказала ему, что вернусь через минуту, затем закатила свой велосипед за угол нашего здания и спрятала его за машиной Нейта. Когда я вернулась, он стоял перед своим мотоциклом, дожидаясь меня. Никто из нас не заговорил, пока мы шли в сторону верфи. Мне было интересно чувствует ли он себя так же неловко, как и я. Нет, парни, ему подобные, вероятно, никогда не испытывают чувство стеснённости. Каждое его движение излучало уверенность, да и дополнительное превосходство ему придавали его размеры. Я была ростом пять с половиной футов (~ 165 см), и, когда мы шли рядом, я производила впечатление ничтожно маленькой на его фоне.

Он хранил молчание, пока мы не прошли мимо сваленных в кучу ловушек на лобстеров и не начали идти прогулочным шагом вдоль по одному из безлюдных причалов.

— Как долго ты дружишь с оборотнями? — поинтересовался он.

Вопрос привёл меня в замешательство, пока я не вспомнила слова Максвелла о том, что оборотни и Мохири недолюбливают друг друга. Если у Николаса были сложности касаемо моей дружбы с Роландом и Питером, ему придётся как-то с этим справиться.

— Долго.

— А твои родители не возражают?

— У меня есть только дядя, и ему мои друзья нравятся, но он не знает кто они по своей природе. Он вообще ничего об этом не знает, — ответила я многозначительно.

Он кивнул.

— Не возражаешь, если я поинтересуюсь насчёт твоих родителей? Как получилось, что ты живёшь с дядей?

— У меня нет родителей. Моя мать оставила меня, когда мне было два года, так что я не помню её. Папа умер, когда мне было восемь, — я с трудом сглотнула уже хорошо привычный для меня ком в горле, и стала, не отрывая глаз, смотреть прямо перед собой. — Дядя Нейт его брат.

— Ты знаешь девичью фамилию своей матери?

Я перестала идти и перевела свой взгляд на него.

— Почему тебя интересуют мои родители? Какое отношение они имеют ко всему этому?

Его лицо ничего не выражало.

— Ответь на мой вопрос, и я отвечу на твои.

Я рассерженно отвернулась и продолжила идти.

— Её звали Мадлен. Думаю, её девичья фамилия была Кросс или что-то в этом роде. Она бросила нас. Меня на самом деле не особо волнует кем она была.

Мне потребовалось несколько секунд на осознание, что Николаса рядом со мной не было. Я обернулась, чтобы посмотреть назад, и увидела странное выражение его лица.

— Что не так?

— Мадлен Круа? Так её звали?

— Возможно. Я не уверена. Почему ты на меня так смотришь?

Он перевёл свой пристальный взгляд на воду.

— Просто я не слышал это имя уже очень долгое время. Если это та Мадлен, которую я знаю, то это многое мне объясняет.

— Ну, мне это ни о чём не говорит, так что, почему бы тебе не посвятить меня в это? Ты сказал, что ответишь на мои вопросы, если я отвечу на твой.

Он одарил меня кроткой улыбкой, пока шёл ко мне.

— Я расскажу.

Мы находились почти в самом конце пристани, где было пришвартовано два больших омароловных судна. Николас указал на несколько опрокинутых ящиков.

— Давай присядем. Это хорошее место для разговора.

Я села на один из ящиков. Николас присел на другой ящик и повернулся ко мне так, что теперь был лицом обращён ко мне. С такого близкого расстояния его глаза были похожи на жидкую ртуть, и я попыталась игнорировать странное скручивающее чувство, растущее в моём животе.

— До прошлой ночи ты и понятия не имела о том, кем были Мохири. Как много теперь ты о нас знаешь?

Я пожала плечом.

— Я знаю, что вы, ребята, являетесь охотниками на вампиров, и вы с оборотнями не любите друг друга. Вот собственно и всё.

— Предполагаю, что твои друзья не распространяются особо о нас, так же как и мы о них. Хочешь ли ты узнать больше о Мохири?

— Да.

Я и понятия не имела, зачем он мне всё это рассказывал, но мне было интересно узнать о нём и всей его расе.

Похоже, мой ответ удовлетворил его, так как он улыбнулся.