Читаем Непокорная полностью

- Сидишь там и ждешь меня, - приказал голосом, не терпящим никаких возражений. Я старательно закивала головой, и даже примостила свою самую отчаянно ищущую приключения часть тела на указанное дерево. Но стоило незнакомцу скрыться, уйдя в сторону лагеря, как я резко сорвалась на бег, выбираясь из такого недружелюбного леса. Ну, его к демонам! Командир, нашелся! Лучше уж попытаюсь скрыться по тракту, чем этот суровый дяденька в дорогом замшевом костюме и с солидным клинком на перевязи заберет меня себе в качестве трофея, или что еще хуже – вернет родителям. Ну, уж нет! Я собралась стать свободной леди – наемницей. А не игрушкой влиятельного господина в высоких ботфортах. И чтобы достичь цели, надо попасть в Кэ́фи. Страна раскаленных песков, белого солнца и сказочных оазисов славится своими мастерами ближнего боя. И я собираюсь найти себе учителя! Чтобы больше никакой гнилозубый упырь не смел меня напугать или тем более мной воспользоваться. Ну и еще один плюс от этой затеи – никто не захочет связываться с такой ветреной и ненадежной леди, любительницей подгулять в неизвестном направление, размахивая мечем. Родителям придется ОЧЕНЬ постараться, чтобы найти мазохиста, пожелавшего меня замуж. На таких не женятся. Никому не нужна жена с характером и собственным мнением, а тем более жена, умеющая держать в руках оружие и драться в кабаках случайно подвернувшимся табуретом. А именно такой я и хочу стать. Свободной. Вольной. Независимой…

- Ну, что за дура?! – раздалось раздраженно совсем близко, когда я перепрыгивала на скорости небольшой, но глубокий овражек. С перепуга, я взвизгнула и оступилась, покатившись кубарем на дно этой трещины в земной тверди, больно ударяясь головой и сбивая руки-ноги. Земля, шелестящая красочной листвой вертелась перед глазами с бешеной скоростью, закручивая мою реальность в совершенно иную. Местность вертелась перед глазами тошнотворным калейдоскопом. В теле то и дело вспыхивали новые очаги боли. Если выживу, обязательно стукну шутника – спасителя, сбившего меня с пути.

Когда мне казалось, что падение это никогда не закончится, и я скорее умру от старости, чем приземлюсь коровьей лепешкой, вдруг остановилась, стукнувшись глухо о что-то твердое, но не убийственное, как дно оврага.

- Живая? – касается моего лица крупная ладонь, холодящая дорогой кожаной перчаткой. – Эй, мелочь, глаза открой, - строго просит мой спаситель, и я чувствую, что он склонился к моему лицу. Предполагаю, проверяет дыхание. Хотела сказать что-то из серии «я живая, спасибо, не стоит переживать, я привыкла, ну… я пошла!» Но в отличие от моего бойкого сознания, что никак не хотело отключиться, тело меня не слушалось. Руки не поднимались, глаза не открывались. А губы пробулькали что-то невнятное. Эх, отключиться бы, чтобы боли не чувствовать, да почему-то мысли продолжают бурлить в голове.

Я сделала усилие и приоткрыла один глаз. Можно казать, что совершила открытие века! Жаль, что второе веко оказалось вообще неподъемным. Видимо на левую часть лица пришлись сильнее травмы.

Чужие руки ощупывали меня с каким-то явно медицинским интересом.

- Эх, несчастье малолетнее, - вздохнул мужчина, - и как же не вовремя ты мне на дороге встретилась… - говорит, а сам меня уже куда-то несет. Судя по качке, мы взбираемся по склону того самого оврага, по которому я так стремительно падала. Боль в голове вдруг усилилась, разрывая мне вески, а по всему телу огнем пекли ссадины и раны.

- Умм, - простонала я, неосознанно, начиная, наконец понимать степень своей каллечности и чувствуя особо остро каждую новую травму. – Что-то невнятно пробормотала, кажется, попыталась заплакать. Потому что неаккуратная попытка пошевелить рукой заставила меня хныкать и поскуливать.

- Да, это неприятно, - сочувственно вздыхает мужчина, продолжая подъем и даже с дыхания не сбился. – Не зачем терпеть все это, отдохни. - На мой лоб легла прохладная тяжесть руки, даря болезной головешке облегчение и отключая мое сознание. Последнее, что я услышала, прежде, чем отключиться было напутственное, - спи, несчастье.

- Брайтон смотри! Я воительница Кэ́фийской империи! – смеялась я, кутаясь в простыню, словно в тогу, наподобие смуглокожих южанок и размахивая длинной кайкой[4] для игры в ширанские шерки[5], словно мечем.

- Ты – чучело в простыне, а не воительница. Отдай кайку, сломаешь, я не буду опять тебя выгораживать, - смеется брат и отбирает у меня мой импровизированный меч.

- Брай, - подпрыгиваю на кровати, отчего моя простыня взметает в воздух, подобно крыльям дракона, - не уезжай, а? Не хочу оставаться одна. Маменька с Таллиной меня изживут своим сводом правил домостроя.