Читаем Неоновые росчерки полностью

Ника была обнажена по пояс и только полоска лифчика, перечеркивала её светлую кожу.

Корнилов мгновенно отшатнулся назад, чувствуя себя немного кретином.

Обойдя машину он постучал в окошко водителю, который внимательно что-то слушал по радио.

Когда окно опустилось Стас проговорил:

— Белокурая девушка, которая у вас в машине, в какую больницу её повезут?

— Так мы из сто восемьдесят второй… — недоуменно пожал плечами водитель, — туда и…

— Отлично, — кивнул Стас доставая ручку из внутреннего кармана, — руку дай.

Водитель, не смея перечить, протянул через окно свою мозолистую и слегка потную ладонь.

Стас начертил на его коже несколько цифр.

— Это мой номер, — сказал он, — как довезете девушку, позвони мне и сообщи. Забудешь — найду, и ты меня запомнишь надолго. Бывай.

Оставив осоловевшего водителя сидеть с побледневшим лицом и осоловевшим видом, Стас поспешил прочь, хмуро отмахиваясь от рассеянных клубов дыма.

МАРИАН МИРБАХ

Понедельник, 23 марта. Утро, рассвет.

Он нежился в просторном мягком кресле с темной дорогой перетяжкой.

Мариан, чуть запрокинув голову, поднёс к губам тлеющую сигару, выдохнул в воздух дымное, плавно рассеивающееся кольцо.

— Больше страсти! Эй! Курицы! За что я вам плачу!

Мирбах взял из, стоявшей на столике рядом, вазы для фруктов виноград и швырнул им в одну из девушек.

Вот уже почти сорок минут пара вызванных на дом красоток из элитного эскорт агентства, безуспешно пыталась развлечь капризного владельца корпорации «Медеор».

По его прихоти темнокожая красавица и белокурая фея изображали лесбийские ласки. Но, Мариан, который был искушенным любителем подобных приватных шоу, только раздражался.

— Больше страсти, чёрт бы вас побрал! — в который раз, раздраженно воскликнул он. — Вы можете показать мне чувства?! Где ваши с**ные эмоции? Я хочу увидеть похоть на ваших ***дских лицах!

Он снова запустил в них виноградиной японского сорта Ruby Roman, ценой шестьдесят пять долларов за ветку.

— Давайте! Я жду! — требовательно воскликнул Мариан.

Мирбах терпеть не мог, когда тот, кто обязан был выполнять его желания и прихоти, не справлялся с этим. Особенно, когда это касалось плотских утех. А Мариан, в последнее время, обожал сперва насладиться зрелищем двух девушек, ласкающих друг друга, а затем грубо и порывисто, по очереди взять каждую.

Долго.

Жадно.

Властно.

Только так он получал необходимое удовольствие и только после этого, смог возвращаться к рабочим будням.

Мариан ещё раз поднёс сигару ко рту, но вновь вдохнуть горькие пары дорого табака ему помешал раздавшийся мелодичный, звонок из встроенных в стены, сабвуферов.

Шикарный лофт Мариана, как и весь остальной коттедж, был оснащен системой «Умный дом», которая могла принимать переадресованные с его телефона вызовы.

Мирбах раздраженно вздохнул, взял лежащий рядом планшет, выключил музыку и скомандовал девушкам:

— Так, сейчас обе в душ. Чтобы, когда я вернулся, ты, — он ткнул пальцем в блондинку, — была прикована к моей кровати, а ты, — палец Мирбаха указал на темнокожую мулатку, — чтобы слизывала с неё что-нибудь сладкое… можешь взять виноградный сок или мороженное. Без разницы. Готовьтесь, я скоро.

Девушки молча, с обреченным видом переглянулись.

Мариан, запахнув халат, с планшетом в руках, перешёл в другую комнату.

— Ну что? — раздраженно и громко спросил он, как только за ним закрылась автоматическая дверь. — Что произошло?

— Простите, Мариан Радимович, — на экране планшета появилось лицо седовласого помощника Мариана, — но к вам явились… ваши партнёры.

Мариан мысленно выругался. Как не вовремя!

— Что им нужно?! — пренебрежительно и агрессивно бросил он.

— Говорят, что им срочно нужно переговорить с вами.

«Срочно?! — мысленно недоумевал Мариан, — Хоть бы предупредили, что припрутся! Индюки зажравшиеся!»

Своих партнёров Мариан не любил, очень мягко говоря. И в первую очередь, потому что нуждался в них. Как при создании корпорации «Медеор», так и сейчас при организации крупных сделок.

Без денег и связей этих «партнёров» у Мариана никогда бы не было корпорации. И, соответственно, не было бы ничего из того, что он сейчас имеет.

Он был обязан им и это его страшно бесило. Голубой мечтой Мирбаха было избавиться от финансовой зависимости наглеющих из года в год «партнёров».

Когда он, в роскошном японском халате, спустился вниз в гостиную, там его ждали трое мужчин среднего роста.

Один из них был полноват, с округлым животом и моржовыми черными усами. Он был, как ходячая карикатура на какого-нибудь типичного итальянского банкира позапрошлого века.

Толстяк и вправду был банкиром, правда русским, а не итальянским. Вся эта троица владела собственными банками.

Второй худой, как будто высохший, с рыжими жидкими волосами на чересчур массивной для тела голове, сейчас деловито поправлял кочергой угли в только что разожженном камине.

А третий, рослый и бритоголовый, молча изучал спящую в террариуме игуану.

— Чем обязан, господа?! — без приветствия, произнес Мариан, спускаясь по лестнице.

Троица переглянулась.

Худощавый и рыжеволосый, отложил кочергу и обернулся на Мариана.