Читаем Неоновые росчерки полностью

— Я согласен на требования, — произнес в трубку главарь террористов, когда Стас принял вызов. — Но, только при условии, что ваши больше не буду пытаться проникнуть на территорию дома.

Стас остановился, едва только вышел из здания СМЭ. Он так и замер на пороге, а его сердце наоборот ускорилось и помчалось с увеличивающимся ритмом.

— Хорошо, — согласился Корнилов, отлично себя контролируя и сохраняя ровный голос. — Сейчас я свяжусь со своими людьми в оцеплении и скажу им, что вы готовы выдать одного заложника…

Корнилов сделал паузу, давая Алексу возможность подтвердить свое решение.

— Да, да! — раздраженно и нетерпеливо, ответил Алекс-1. — Я решу, кого вам отдать. Но… только не пробуй меня кидануть, подполковник! Ясно?!

— И в мыслях не было, — спокойно и почти миролюбиво ответил Стас.

Он прервал связь и быстро набрал Аспирина.

Несколько часов назад, Антон Спиридонович, коротким SMS, сообщил, что вероятно всего в стенах дома погибла жена Вацлава Токмакова. Однако генерал ничего не говорил о попытках проникновения на территорию дома. Стас, сдерживался, но его одолевала злость.

Интересно, кому в голову пришла идея провоцировать вооруженных сопляков с полным домом заложников? А если бы Алекс-1 привел бы в действие свою «страховку», о которой у Стаса пока только догадки?!

Затем, пока Корнилов слушал гудки дозвона, он подумал, что отправил к оцеплению Коршунова.

Стас бесшумно, сквозь зубы, процедил длинное ругательство, содержащее не самые лестные отзывы о его новом сотруднике и его умственных способностях.

— «Если это он что-то учудил, вышвырну из группы, на хрен!» — разгневанно думал Стас. — «И в Управлении он тоже не останется!».

— Стас?! — оборвав гудки, гаркнул в трубке голос Антона Спиридоновича. — Есть что-то?! Скажи, что ты что-то нашёл! Иначе я не смогу переубедить этого, конченого козодёра, Каульбарса!

— Он собирается начать штурм? Он узнал про застреленную заложницу? — спросил Стас.

— Да, — нехотя буркнул, генерал. — Разорался тут и начал винить меня и…

Генерал замолчал, очевидно понимая, чуть было не назвал лишнее имя.

— Что с ним? — спросил Корнилов, уже понимая, что его опасения насчет Коршунова оправдались. — Что он натворил?

Генерал прокашлялся и, вкратце, пересказал последние «приключения» Бронислава Коршунова.

Услышав про спасение мальчика и про то, как Брона подстрелили, Стас не выдержал и всё, что до этого проговорил тихо, повторил уже в полный голос.

— Стас, брось, он всё-таки ребенка спас… — попытался заступиться за Бронислава, генерал.

— Даже один ребёнок, товарищ генерал, не стоит жизни остальных двадцати заложников! Тем более, я ещё не знаю, чем эти малолетние подонки решили прикрыться на случай, если станет «жарко».

— Стас, ну не бросать же перепуганного ребятёнка на холоде, с вероятностью, что его или поймают, или пристрелят! — с прведным возмущением воскликнул в ответ Антон Спиридонович.

Спорить не было времени и желания.

— Этот мальчик, которого спас Коршунов, что-то ещё рассказал? — быстро спросил Стас.

— Нет, — вздохнул Аспирин. — Когда он оказался у нас, у него началась паническая истерика. Доктора вкололи ему какой-то седативный препарат, но это не сильно помогло. У мальчишки серьёзная психологическая травма, ну и переохлаждение среднего уровня, в добавок. Его увезли на «скорой» вместе с Брониславом.

— Ясно. Дайте мне поговорить с Каульбарсом.

— Э-э… Стас, может лучше я. Он тебя на дух не переваривает…

— Нет, я сам, — настоял Корнилов.

Он бы никогда не сказал этого генералу Савельеву, но знал, что сейчас тот не сможет предотвратить штурм.

Если майор Каульбарс наслушался панических и слезных рассказов перепуганного ребёнка, у которого застрелили мать, он не станет прислушиваться ни к каким привычным доводам.

Стас достаточно хорошо знал такой тип людей.

Настоящие борцы, упрямые и смелые. Но часто бывают просто не прошибаемы в своих убеждениях и вере в то, поступают исключительно правильно. Тем более, когда перед ними плачущий от ужаса и горя ребенок. Нужно ли что-то большее, чтобы побудить такого несносного рыцаря, как Каульбарс начать действовать? Единственное, в чем стоит отдать должное Ратибору, он не сунется в пекло, без тщательно продуманного плана действий, как некоторые. Это в голову вбивают любому офицеру спецподразделений ЦСН.

Но, нужно успеть переубедить его до того, как Ратибор продумает план штурма, которого так желал, и начнет приводить его в действие. А остановить упрямого и мотивированного спецназовца, чертовски сложная задача.

Он слышал, как генерал позвал Каульбарса и сообщил ему, кто хочет с ним поговорить.

— Да?! — рявкнул в трубку Ратибор, сразу давая понять, что разговор будет трудным.

— Сделаем так, — начал Стас, — я опишу обстановку, а решение примешь ты и ответственность на себя за все последствия тоже возьмёшь ты. Идёт?

— Идёт, — рыкнул Каульбарс. — Говори, подполковник.

Стас, взглянув в ночное небо, проговорил:

— Сейчас, из дома Токмаковых террористы выпустят одного из заложников. Тебе нужно, без всякого оружия, мирно и тихо его встретить. Лучше тебе сделать это самому. Дальше…