Читаем Неомифы (сборник) полностью

Чувствовал себя Ринат преотвратно, и на это обращали внимание, наверное, все его коллеги. Даже не полицейский заметил бы мешки под глазами, налитые кровью белки, нервный взгляд и усталый вид. На любые вопросы Ибрагимбеков отвечал уклончиво: «С женой поссорился» — и почему-то многие, когда он произносил эти слова, глядели на него с нескрываемым недоумением.

— Привет, Риня! — сказал Серёжа, отвлекаясь от бумажных дел, которыми был занят. — Хреново выглядишь.

— Знаю, — проворчал Ринат.

— Какие-то проблемы?

— С Лидой кое-чего не поделил.

— С какой Лидой? — проявил неподдельный интерес Сергей. — Почему я о ней ничего не слышал?

— Для шуток, уж извини, сейчас не самое подходящее время. — Ринат сел за стол и подпёр голову руками.

— Да какие шутки… — совершенно серьёзно произнёс его коллега. — Так кто эта Лида? Новая пассия?

«Вот ведь привязался!» — с неудовольствием подумал Ибрагимбеков и почти выкрикнул:

— Жена это моя!

— Так ты успел жениться? Поздравляю! А когда?

— Серёг, шутка подзатянулась — заканчивай.

— А кто шутит?

Ринат поднял взгляд на друга и не увидел в глазах того озорных искорок. Подзабытое ощущение тревоги опять проникло в душу.

— Давай работать, — пробурчал Ринат, изо всех стараясь абстрагироваться от чего-то чёрного и давящего, словно бы растекавшегося по миру. Он старался закрыться от этого в бытовых делах, в работе — безуспешно…

Серёжа пожал плечами и вернулся к своим делам.

Иваныч вызвал Рината к себе в середине дня. Находясь на ковре у начальства, Ибрагимбеков обычно не испытывал волнения — всё-таки не зря он дослужился до старшего лейтенанта: полицейский мог и умел контролировать себя. Но сегодняшний день словно подгнил, и это непередаваемое, но чёткое ощущение гнилости сопровождало повсюду.

— Добрый день, Ринат. — Иваныч махнул рукой на пустующие стулья.

— Здравствуйте, Дмитрий Иванович.

Когда Ринат сел, полковник взял слово. Он начал с того, что чрезвычайно снизилась раскрываемость.

— Надо что-то делать, и я надеюсь на вас, ребята! — веско произнёс начальник.

Порассуждав об этом, он перешёл к более отстранённым темам: коснулся проблемы валютных преступников, заполонивших Москву после реформы экономики, тотальной ошибочности общественного мнения в вопросах юриспруденции, нечестности и продажности политиков… Начальник говорил не останавливаясь.

— …Всё не так, как кажется, — сыпались фразы. — Банды грабят склады на юге. Автомобильные аварии случаются каждый день в огромном количестве. Смертность при родах превысила…

Слушая разглагольствования шефа, Ринат пытался отыскать в них рациональное зерно, однако с каждым новым предложением удавалось это всё сложнее. Внятность дорогой жемчужиной терялась в буйной заросли сорняков-слов.

— …Налётчики на банк, имеющийся с деньгами, что распространяются людьми без работы, представляя угрозу обществу. Необходимо предотвратить касание запретного в том количестве, которое показано Минздравом, при условии проституции, выходя на круг округляясь закругляясь чтобы было и так как не надо потому что автомобиль не средство сообщения сосудов с полным сумасшествием московских региональных регионов внутривнутривнутризапределамигражданесодружествонезависимыхчеловекавнепониманиясвязьслово…

Слушая исторгаемую Иванычем бессмыслицу, Ринат всё дальше, всё глубже погружался в какой-то ментальный омут. Поплыло перед глазами: мир размывался, как акварельные краски водой, вещи теряли линии и очертания, звуки искажали самое себя, переходя в нечто отвратительное.

— …Бу-у-у а-а-а, — доносилось из разверстого рта блёклой фигуры, сидевшей перед Ибрагимбековым. — А-а эу-у-у а-а-а бо-дэ-до-о-о! УУУУУУУУВАААААААУУУАААА, ДУУУУУУУУАААААААААА… — То, что когда-то было человеческой речью, тонуло в глубоком колодце — и там же, рядом, тонул Ринат, слушая это, пропуская через себя. Через какое-то время границы окончательно размылись, и звуки превратились в тлетворное ничто — не сразу, постепенно: удлинившись, вытянувшись, истончившись и пропав.

Закрутившийся в спираль мир уплывал куда-то. Ринат спешил за ним, но догнать не мог — не было возможности: мужчина стоял на месте. Да, он уже не сидел — стоял, а мир… пропал. На миг. Возможно. Ринат потерялся в собственном восприятии, и будто бы отказало сознание…

А через миг всё вернулось.

Голова была ясной как никогда. Он находился посреди улицы и глядел на указатель. Парково-лесная, 24 — адрес полицейского участка, где он работал. Вот только никакого участка не существовало: ни здесь, ни рядом.

Ринат оглядывался, отыскивал глазами знакомое строение, но оно каким-то неведомым образом испарилось, истёрлось. За исключением этого, ничего не изменилось.

Разве что…

Он снова осмотрелся: безлюдное пространство окружало его. Пустующие тротуары, пустующие мобили, пустующие воздушные трассы, пустующие окна домов… И ветер, в покинутом городе гуляющий там, где ему вздумается.

«Надо позвонить: Серёже, Иванычу — кому-нибудь. Пусть развеют мои страхи, пусть скажут, что всё это просто дурной сон!»