Читаем Неназываемый полностью

Людей на борту было мало. Казалось, экипаж состоял лишь из верзилы и парочки ему подобных – все они носили обычные желтые мантии, под которыми скрывалось что-то более серьезное. Тал с облегчением отметил, что экипаж, по крайней мере, состоял из живых. Его уже тошнило от воскрешенных, управиться с живыми было куда проще.

На Тала никто не обратил внимания. Мерзкий верзила протащил его по трапу в длинную каюту с рядом коек.

– А ты даром времени не теряешь, но я не против, – сказал он верзиле, который бросил его на одну из коек. Никакого ответа. – Эй, твоя хозяйка та еще штучка, – продолжил он. – Почему ты ей служишь? Вы с ней трахаетесь?

Верзила схватил его и приблизил к своему лицу. Оказалось, что он совсем не старый. Ровесник Тала или даже моложе. У этого переростка была гладкая выдающаяся вперед челюсть и маленькие безумные глазки,́ как у картошки.

Тал любую плохую идею доводил до конца. Он подмигнул парню.

– Ты недостоин смотреть на госпожу Оранну, – прорычал парень с явным деревенским акцентом – совсем как у Ксорве, когда она напивалась. А затем он ударил Тала в живот.

Тал согнулся пополам, из головы вылетели все мысли. Когда он пришел в себя, парень уже ушел, а дверь была заперта.

В каюте не было окон и ничего похожего на оружие. Его меч исчез – то ли его забрали, то ли он остался в умирающем мире. Нутро корабля дрожало от слабой вибрации алхимического двигателя, запущенного на полную мощность.

Короче говоря, он оказался в ловушке на борту летящего корабля в компании Оранны и ее головорезов-переростков. В двадцать три года он был слишком стар для всего этого.

Какой совет дал бы Сетенай? Планируй и обдумай, а затем действуй. Или хотя бы подумай хоть немного, прежде чем бросаться вперед, Талассерес. Он мог бы удостоиться ласковой улыбки с долей иронии. При воспоминании об этой улыбке у Тала перехватило дыхание, словно его еще раз ударили в живот.

Ну ладно. Оранна хотела Реликварий, но ей не нужна была его смерть. Она держала его в живых либо для информации, либо в качестве заложника. Тал скорее перерезал бы себе запястья, чем стал бы чьим-то заложником, так что пора было действовать.

Убедившись, что мальчик-переросток не вернется, он перевернулся на бок и начал изучать узел на запястьях. Парень связал его с энтузиазмом, но без особого опыта.

Тал освободился, вытащил один из запасных ножей, спрятанный в сапогах, и притаился в самом темном углу каюты, развлекая себя фантазиями о том, что он скажет Сетенаю, вручая ему Реликварий.

Простите, что заставил ждать… Лучше поздно, чем никогда… Кажется, это ваше?

Последний вариант был неплох, Сетенай оценит.

Как и надеялся Тал, следующим посетителем оказалась Оранна. Он рассуждал так: боги связаны с землей. Их сущность, как вода, стремится вниз. В небе силы мага ослабевают. Сетенай не любил без особых причин покидать Тлаантот. Олтарос ненавидел летать даже в пределах царства Сирены. Кроме того, Оранна была некромантом, а насколько Тал мог судить, трупов поблизости не было. Ростом она была менее пяти с половиной футов, и если бы не магия, Тал бы играючи с ней справился.

Она вошла в каюту и остановилась, заметив пустую койку. Тал выскочил из угла, готовясь вонзить нож ей в живот.

Каюта наполнилась энергией, каждый нерв вибрировал. Перед глазами Тала все побелело. Когда он пришел в себя, то обнаружил, что стоит на коленях, в висках пульсирует боль, а во рту он ощутил привкус железа.

Но Тал никогда не умел вовремя остановиться. Он так и не выпустил из руки нож, поэтому атаковал снова. С тем же результатом.

Оранна смотрела на него из-под тяжелых век, лицо ее выражало разочарование, но не удивление.

– Твое тело – могила, как и все тела, – сказала Оранна на безупречном тлаантотском. – Внутри тебя много мертвой материи. Достаточно, чтобы захлебнуться ей. Разумнее будет не вставать.

Кости болели, будто что-то высасывало из них костный мозг. Тал не хотел подчиняться, но, как он ни пытался, встать не получалось. О, черт. Все шло совсем не по плану.

– Давай поговорим, Талассерес Чаросса, – сказала она. Видимо, маги считали, что когда они произносят твое полное имя, это звучит угрожающе, будто у них есть над тобой власть.

– Почему бы и нет, – ответил он. – Друзья зовут меня Тал.

– Боюсь, друзьями мы не станем, – заметила она. – Однако не будем отвлекаться. Ты, конечно же, работаешь на Белтандроса Сетеная.

– Кто это? – спросил Тал.

Оранна вздохнула.

– Ты оскорбляешь лишь свой собственный интеллект, – сказала она. – Кто еще мог подослать тебя?

Тал пожал плечами.

– Я все понимаю, – сказала она. – В тебе говорит гордость. Ты не хочешь предавать его. Но пойми, пожалуйста: у меня нет времени разбираться с твоей самооценкой.

– Есть время разобраться с моим членом, – сказал Тал.

Оранна даже не стала на это отвечать. Она позвала паренька-картошку и кудрявого послушника, и те принесли дымящийся серебряный кубок. Тал не видел содержимого чаши, но чувствовал знакомую сильную горечь.