Читаем Неназываемый полностью

– Да и с чего тебе бояться? – заметила Оранна. – Твои начальники расточают твое мастерство и возможности не хуже Квинкуриата. Мне жаль, что пришлось доставить тебя сюда таким образом, но я уверена, ты понимаешь, почему я никогда не смогла бы обратиться к доктору Лагри Арице напрямую. Мне нужна твоя помощь.

Само собой, Шутмили начала что-то говорить, но Оранна ее не слушала – как и бог в обелиске, тянувший свою вечную песню. Приди ко мне и отдохни возляг во тьме позабудь обо всех своих заботах.

– В этом месте обитает божественная сущность, – сказала Оранна. Шутмили едва заметно кивнула. – Вы, карсажийцы, мало интересуетесь чужими божествами. Но, возможно, тебе доводилось слышать об Ирискаваал Тысячеглазой и ее разрушительном гневе.

– Конечно, – сказала Шутмили. – Ирискаваал была мелким тираном. Ее последователи восстали против нее.

Оранну удивило, что в Школе Мастерства эту историю преподносили именно так. Насколько она знала, карсажийцы избегали думать о тирании и восстаниях.

– Трон Ирискаваал был разбит на осколки. Она пострадала сильнее, чем, например, ваша собственная богиня. Зинандур изгнали из царства смертных. Ирискаваал была сломлена. Это ужаснее, чем страдания любого из нас. Непостижимое и бессмертное сознание раскололось на сотни фрагментов. Каждый из них ограничен, сбит с толку, страдает и довольно беспомощен.

– Какой кошмар, – сказала Шутмили. Ее голос и выражение лица были совершенно бесстрастны, но Оранна уловила насмешку.

– Если тебе кажется, что смятение и страдание – это повод для гордости, то подумай, каково это – тысячелетиями в одиночестве бороться за свое существование, – резко сказала она. – Большинство фрагментов так или иначе были утрачены. До недавнего времени я знала только об одном выжившем фрагменте – бедном, несчастном существе, известном как Сирена Тлаантота. Ее поработили смертные маги и заставили служить себе – Белтандрос Сетенай и ему подобные. Но теперь…

– Божество в обелиске, – сказала Шутмили. Оранна ощутила радость триумфа. С умными всегда так просто. Вопреки своей воле, Шутмили заинтересовалась происходящим.

– Именно, – подтвердила Оранна. – Мы привыкли называть его Спящим. После разрушения трона этот фрагмент каким-то образом попал сюда – ослабленный, но все еще сохранивший силу. Люди, должно быть, поклонялись ему до того, как мир пришел в упадок, но он слишком долго был заточен здесь в одиночестве. Он сошел с ума. Я пришла сюда в надежде склонить его на свою сторону. Этого пока не случилось, но у меня остались еще кое-какие козыри в рукаве.

– Не совсем понимаю, при чем тут я, – заметила Шутмили. – Если вы хотите принести меня в жертву…

– Боже, конечно, нет, – ужаснулась Оранна. – Жертва не имеет никакого смысла, если она не добровольная. Даже твой народ это понимает. – Она подошла к обелиску. Ледяное лицо мертвеца не выражало никаких чувств. – Ты когда-нибудь слышала о Реликварии Пентравесса?

К ее удивлению, Шутмили кивнула. Сама идея Реликвария должна была казаться карсажийцам кощунственной. Видимо, Шутмили читала что-то недозволенное.

– Реликварий здесь, – сказала Оранна. Она указала на шкатулку, примотанную цепями к рукам мертвеца. Пусть Шутмили привыкнет к этой мысли. Но если она и была потрясена, то ничем не выдала своих чувств. – Его украли. Возможно, вор запаниковал, или его преследовали, или он просто хотел спрятать его до лучших времен… Реликварий запечатали здесь, в этом гибнущем мире, с этим несчастным, прикованным к столбу – он служит одновременно замком и хранителем. Это прекрасный образец магии. Одно и то же проклятие, подпитываемое мучениями этого человека и его медленной смертью, связывает Спящего и Реликварий воедино.

– Гигантский оберег, – пробормотала Шутмили. Оранна улыбнулась. Она была уверена, что в учебную программу Школы Мастерства обереги не входят. Шутмили точно читала что-то недозволенное.

– Да. Я уверена, ты понимаешь, как плохо все кончится для того, кто осмелится дотронуться до Реликвария, не разорвав прежде связь.

Те из свиты Оранны, кто попытался сделать это, умерли со страшным криком.

– Я правда не понимаю, как могу тебе помочь, – сказала Шутмили.

– Я некромант, – сказала Оранна. – Опытный и начитанный некромант, но подобный тип заклятий хуже дается мне и моему божеству. Неназываемый – не взломщик. Мне нужен карсажийский маг со знанием всей этой жуткой алгебры и любовью к механизмам. Мне нужен адепт. Мне нужна ты.

– Я не смогу, – сказала Шутмили.

– Не сомневайся в себе, – сказала Оранна. – Тебе, как ястребу, накинули на голову капюшон и держат на привязи. Ты столького можешь достичь, достаточно лишь протянуть руку.

– Я знаю, – сказала Шутмили. – Кто вправе остановить меня? Разве я не хотела бы использовать свои силы для чего-то более грандиозного? Разве я не заслуживаю права использовать свой дар? Я знаю.

– Что ж, – сказала Оранна. – Разве нет?

– Госпожа, – Шутмили медленно моргнула. – Неужели вы думаете…

Оранна не улыбнулась. Она пристально смотрела на Шутмили.