Читаем Неназываемый полностью

Весь кабинет был уставлен полками, большинство из них были забиты бумагами и папками. В этом наверняка была какая-то система. Потратив не более двух минут на поиски, Морга вытащила кожаный футляр, потрепанный и полинявший, как будто он проделал долгий путь по морю. Она открыла его, и лоскутки кожи посыпались, будто перхоть. Внутри оказался свиток тонкой, мятой бумаги. С помощью ручки Морга раскатала его на столе.

Это была карта Лабиринта. Некоторые его части были знакомы Ксорве – например, Врата Большого узла Тлаантот-Касманситр, соединенные, как огромное созвездие. Пунктирная линия указывала дорогу по суше, сплошная линия означала пригодный маршрут через Лабиринт, хотя его пригодность могла зависеть от того, как сильно владелец корабля заботился о своем экипаже.

Ксорве изучала карту, пытаясь понять, можно ли ей доверять. Великие Врата были обведены в кружок: Свободный город Серый Крюк, Университет Тлаантота и другие. На внешней стороне узла, сразу под стрелкой с подписью «К глуши Ошаара», выполненной витиеватым карсажийским шрифтом, были обозначены Павлиньи врата.

Были и другие линии, тонкие, протянутые по дуге к внутренним и внешним провинциям Карсажа, к Тарасену, Салкании и – Морга постучала пальцем по одной из ветвистых линий, которая вела к другой стороне карты, – Владения Антрацитового Шпиля.

– Вот ваш путь, – сказала она.

– Это древняя карта, – заметила Ксорве.

Морга снисходительно улыбнулась.

– Ты хочешь попасть в мертвую зону. Остается только надеяться, что Лабиринт не изменится прямо при тебе.

Ксорве передала карту Шутмили.

– Ты разбираешься в древностях. Она настоящая?

Шутмили перевернула карту и тщательнейшим образом изучила подписи. Она даже понюхала бумагу, сморщив длинный нос.

– Можно взглянуть на футляр? – попросила она. Морга метнула его через стол.

– Не понимаю, какой тебе от этого прок. Это всего лишь футляр. На твоем месте я бы не стала его лизать. – Пожав плечами, она повернулась к Ксорве. – Она настоящая. Как, по-твоему, я смогла бы вести дела, будь мои карты поддельными?

– И не такое случалось, – отозвалась Ксорве. – Но если Шутмили считает, что все в порядке, мы ее возьмем.

– Рада за тебя, – откликнулась Морга. – А мне ты что предложишь? Что у тебя есть такого, что лучше карсажийского золота? И хватит с меня байки об исцелении. Я уже старуха. Отошла от серьезных дел. Не нужно мне лоб протирать платочком, обойдусь.

– Помните, – спросила Ксорве, – что генерал Псамаг говорил о неизбежностях в жизни?

Морга прищурилась.

– И что же?

– Никто не может избежать уготованной ему смерти, – процитировала Ксорве. – Так?

– Да, – сказала Морга, внимательно глядя на Ксорве. Колеса завертелись. Время утекало, и Ксорве подала сигнал Шутмили.

– Сколько вам лет, Морга? – спросила Шутмили. Они с Ксорве репетировали это, поднимаясь по туннелю.

Морга хохотнула.

– Постарше тебя, солнышко.

Следующая реплика была заготовлена заранее:

– Я могу подарить вам десять лет.

У Шутмили получалось очень неплохо. Она уставилась перед собой, будто в пустоте ей мерещились ужасные вещи.

– Ты угрожаешь мне? – Морга наклонилась к ним. У нее был редкий дар принимать устрашающий вид, даже сидя за столом.

– Нет, – сказала Шутмили. – В родных краях вас называли Генерал Морга, ведь так? Вы слишком долго служили недостойному человеку. Сердце замедляется в груди. Кости стали хрупкими. Псамаг отобрал у вас годы жизни. Я могу вернуть десять лет, которые вы проживете так, как вам самой угодно.

Морга не стала смеяться. Сев на стул, она сложила руки.

– Неужели?

– Императоры Карсажа живут куда дольше простых смертных, – заметила Шутмили. – Вы, конечно, слышали об этом?

Учитывая все, что Ксорве знала об императорах Карсажа, это вполне могло оказаться правдой.

– И, по-твоему, я должна поверить, что колдуны накачивают их иссушенные тела молодой кровью?

Шутмили улыбнулась холодной, высокомерной улыбкой, полной зловещего ликования.

– Да, именно так, – негромко сказала она. Ксорве отогнала от себя мысль о том, как ей хотелось бы ее поцеловать.

– Вот почему им так неймется вернуть тебя, – протянула Морга. – Сколько это займет?

Сцепив ладони, Шутмили вытянула руки.

– Можем начать когда угодно. Хотя, возможно, вы предпочтете более уединенное место.

– В чем подвох? – спросила Морга.

– Маг сильно рискует при любом сложном заклятии, – пояснила Шутмили. В этом явно было зерно правды. – Но процесс был усовершенствован на протяжении веков. Самый большой риск для вас – что оно просто не сработает.

В этом и была загвоздка. Шутмили ясно дала понять Ксорве, что не сможет никого омолодить. («Ничто так не изнашивает тело, как время. Максимум, что я смогу сделать, – это подтянуть кожу, очистить сердечно-сосудистую систему, подлатать суставы. Но она почувствует себя лучше, так что, думаю, это убедит ее».)

Это был далеко не самый плохо продуманный и опасный план в жизни Ксорве. И он должен был сработать.

И он работал.