Читаем Неназываемый полностью

Два солдата и адепт обменялись несколькими неразборчивыми фразами и вместе ушли. Толпа расступилась перед ними, и они двинулись дальше, даже не взглянув в сторону Ксорве и Шутмили.

Шутмили все еще, скрючившись, пряталась за коробками.

– Ты в порядке? – глупо спросила Ксорве. Теперь, когда опасность миновала, ее собственный страх вернулся с удвоенной силой: беззащитные, они прятались в чреве отдаленной станции, их окружали враги, а помощи ждать было неоткуда. Шутмили молчала, и на долю секунды Ксорве обуяло желание бежать без оглядки навстречу опасности – все лучше, чем ждать, когда их найдут.

Но Шутмили встала и отряхнула подол от валявшихся повсюду обрывков обертки.

– Да, – сказала она, вздернув подбородок. – Я в порядке. Я не паникую. У нас все получится.

– Ты узнала этих солдат?

– Не в лицо. Это стражи «Спокойствия», – сказала она.

– Черт. Ладно, – сказала Ксорве. Она выглянула в проход, там никого не было. – Нам просто нужно добраться до лавки Морги. Ты все еще готова следовать плану?

Шутмили шагала взад-вперед, как тигр в клетке.

– У меня мало опыта в этом, – призналась она. – Раньше самым захватывающим событием в моей жизни были слухи, что за завтраком нам, возможно, подадут другой сорт кофе. Но если я не собираюсь даже пробовать, тогда мне лучше просто вернуться к тете и сдаться.

Лавка Морги находилась всего в десяти минутах ходьбы, но повсюду сновали стражи, похожие на муравьев в своих красных куртках. Они осматривали весь ярус. Ксорве и Шутмили, то и дело прячась, в конце концов добрались до нужного места.

Лавка Морги располагалась на корме старинного ошаарского боевого корабля – сломленный пополам в каком-то давнем бою, теперь он был прикручен к самому краю каркаса станции. У Ксорве в голове не укладывалось, каким огромным он был когда-то. На его фоне пришвартованная к борту яхта казалась совсем крохотной. Единственным способом добраться до входа был раскачивающийся подобно маятнику веревочный мостик – он был протянут через пропасть на высоте около тысячи футов над дном каньона.

– Морга явно рада новым клиентам, – нервно рассмеялась Ксорве. Сердце ее болезненно сжалось от одной мысли, что с Шутмили может что-то случиться и она никогда не простит себя за это.

Стоило Ксорве сделать шаг, как мостик неприятно покачнулся. На полпути ветер из каньона начал дуть так сильно, что ее замотало из стороны в сторону будто паука, висящего на одной-единственной нити. Но она без труда перешла на другую сторону, и Шутмили последовала за ней.

Лестничный пролет по другую сторону веревочного моста вел к двери, вырезанной в корпусе военного корабля. За дверью обнаружился узкий деревянный трап, но на этом любое сходство с кораблем заканчивалось. Трап вел ко множеству комнат без окон, каждая из которых была заставлена стеллажами, забитыми свитками, книгами и пачками бумаги. Свет едва проникал из-за двери, единственными звуками был скрип балок и шелест бумаги на ветру.

– Мы ведь не сможем просто найти карту и уйти? – спросила Шутмили, глядя на ярлык на ближайшем ящике.

Ксорве покачала головой.

– Она не стала бы хранить здесь ничего ценного… постой-ка. Тсс-с.

Ксорве замерла, гадая, не послышалось ли ей. Возможно, ей просто почудилось от напряжения. Но нет – это был голос. На борту станции звуки всегда странно искажались. Откуда-то сверху раздавался голос Большой Морги.

– Угу, поняла, – сказала она на карсажийском. Обычный любезный деловой разговор, если не знать, что в прошлой жизни Морга была профессиональной убийцей. – Это я уже слышала и плевать хотела на твой имперский мандат, сам знаешь. В глаза не видела твоих беглецов.

Пауза.

– Да слышала я. Приказ инквизитора Балбага. Ничего не знаю, уж прости. Боюсь, тебе придется покинуть мою лавку. Ага. Вот так. Повернись и уходи. Хороший мальчик.

Над головой протяжно скрипнули половицы. Ксорве поспешно затащила Шутмили в самый дальний угол одной из комнат: по лестнице, пытаясь сохранять достоинство, спускался карсажийский офицер.

– Скользкий маленький ублюдок, – пробормотала Морга на родном языке. Послышался звон бутылки о край стакана.

Ксорве осторожно выглянула и увидела, как офицер удаляется по веревочному мосту. Поставив ногу на трап, Ксорве поманила Шутмили за собой. В дальнем конце лестницы находился другой лестничный пролет, который вел на верхнюю палубу.

– Готова? – спросила она.

– Идем, – кивнула Шутмили.

Поднявшись по лестнице, Ксорве распахнула дверь в кабинет Морги. Бывшая капитанская каюта теперь тоже была уставлена стеллажами, полками и стопками бумаги в каждом углу, напоминая чердак, который облюбовали осы. В центре комнаты за столом сидела Большая Морга. Теперь ей должно было быть за шестьдесят, но старела она подобно леднику, который с каждым годом становится все массивнее и способен прогрызть скалу.

– Добрый вечер, мадам, – сказала Ксорве. Ею двигала пьянящая смесь бессонницы и отчаяния. Она пропотела насквозь, от нее несло мусором. Природное обаяние спасло бы ситуацию – но у Ксорве его отродясь не было.

Потягивая виски, Морга лениво наблюдала за ними.