Читаем Немного женатый полностью

Она рассказала, как сохранила свое наследство, выйдя замуж за два дня до годовщины смерти ее отца, и как накануне этого срока Моррис угрожал всем в ее доме; о том, как ее кузен вел себя в то утро, пока ее муж не велел ему убираться из Рингвуда и никогда больше там не появляться.

– Он угрожал применить силу? – нахмурился граф.

– Это была шутка, милорд, – выкрикнул Сесил Моррис и вскочил на ноги. – Зачем бы я стал угрожать моей дорогой кузине. Это была…

– Сядьте, мистер Моррис, – приказал граф.

– Сесил знает, что я люблю детей, – сказала Ева. – Он чувствовал себя уязвленным тем, что ему помешали завладеть наследством и что полковник Бедвин оказался свидетелем его угроз. И он нашел способ отомстить мне, используя детей.

– Мистер Моррис, – не скрывая усталого вздоха, спросил граф, – у вас есть вопросы к леди Эйдан?

– Есть! – вскочил Моррис. – Где ты была, Ева, эти две недели, пока бедняжки страдали одни в Рингвуде, брошенные женщиной, которая говорит о своей горячей любви к ним?

– По приглашению герцога Бьюкасла я была в Лондоне, – Ева посмотрела на графа, – чтобы быть представленной королеве и светскому обществу в качестве жены лорда Эйдана Бедвина. Прошлым вечером я должна была присутствовать на обеде в Карлтон-Хаусе, но была вынуждена поспешить домой, узнав о похищении детей. Я оставила их на попечении своей тети миссис Причард, их няни и гувернантки. Я каждый день писала домой. Я очень скучала по ним. – Она приложила руку к сердцу. – Очень скучала!

– Как эффектно, – с сарказмом заметил Моррис. – А скажи мне, Ева, кто заменит отца Дэвиду, ведь для подростка важно иметь отца? В твоем доме полно женщин. Твой муж, полагаю, скоро уедет и никогда не вернется. Всем известно, что ты вышла замуж только для того, чтобы сохранить Рингвуд и состояние.

В зале возмущенно зашумели. Эйдан встал.

– Я бы хотел ответить на этот вопрос, если позволите, – сказал он.

Лафф устало махнул рукой в знак согласия:

– Конечно, мы выслушаем вас, полковник Бедвин. Никогда в жизни я не слышал, чтобы поднимали такой шум из-за двух сирот.

– Последние годы я сражался в Испании, пробиваясь с армией Веллингтона на юг Франции, – начал Эйдан, довольный тем, что догадался надеть парадный мундир, хотя ему было неудобно и жарко в нем в такой теплый и влажный день. – И кто может сказать даже сейчас, что военные действия окончательно завершились? Европу снова надо собирать по кусочкам после стольких лет войны и разорения. Я солдат. Мой дом в Рингвуд-Мэноре, Здесь живет моя жена. И здесь останется мое сердце, когда я уеду. И здесь я буду жить, когда смогу вернуться. Родственники и друзья моей жены – мои родственники и друзья, ее слуги – мои слуги, ее приемные дети – мои дети. В будущем, хотя бы в письмах, я стану отцом маленькому Дэви… и Бекки.

Ева, побледнев, смотрела на мужа широко раскрытыми глазами. «И, черт побери, – думал Эйдан, – мне кажется, я не лгу».

Он сел. Моррис тоже занял свое место.

– А вы, мадам, – обратился граф к миссис Моррис. – Что вы можете сказать? Вам нужны эти дети? Вас заботит их судьба? Вы их любите?

– Да, милорд, – тихо, почти шепотом ответила она. – Я их очень люблю. Но…

Все вежливо ждали, что она скажет, но сын сердито посмотрел на мать.

– Итак, – сказал граф Лафф, когда стало ясно, что миссис Моррис больше не раскроет рта, – я должен взвесить доводы мужчины и его матери, на попечении которых находятся дети и которые являются их родственниками и уверяют, что любят их, и сравнить их с притязаниями мужчины, который, вероятно, на долгое время уедет в армию, и женщины, которая не является их родственницей и не имеет законного права на детей и которая не сможет создать для них семейную атмосферу.

«Мы проигрываем дело», – с удивлением подумал Эйдан.

– В последнем вы, безусловно, заблуждаетесь, – тихо, но четко произнес голос в конце зала.

Эйдан резко обернулся. В дверях стоял Вулф, одетый по-дорожному, но имевший такой безупречный вид, словно камердинер только что закончил его одевать. В руке он держал лорнет.

– Кто смеет… – возмутился граф. Он пригляделся внимательнее. – О, это вы, Бьюкасл, не так ли?

Ева, все еще сидевшая у стола судьи, вцепилась в подлокотники стула.

– Совершенно верно, – подтвердил Бьюкасл и направился к столу, сохраняя свой обычный надменный и скучающий вид.

– Вы сказала, что у леди Эйдан нет семьи, которая могла бы защитить ее и ее приемных детей в то время, пока полковник Бедвин будет служить своей нации и стране? Это совершеннейший абсурд, Лафф. За ней стоит вся семья Бедвинов.

– Вы хотите взять этих бездомных сирот под крыло семьи Бедвинов? – спросил граф.

Брови Вулфа удивленно взлетели вверх.

– А разве они уже не находятся там? Разве они не под покровительством моей невестки, если можно воспользоваться столь образным выражением, в данный момент? И разве леди Эйдан – не член семьи Бедвин?

Граф Лафф уставился на герцога так, словно у того было две головы, затем потряс собственной, как бы отгоняя это видение.