– Спасибо. – Ева улыбнулась Аллину и взяла письмо. – А я уж было подумала, что сегодня нет писем, – Она увидела знакомый почерк Тельмы.

В своих апартаментах Ева сразу же сбросила туфли и вытащила из волос шпильки, тряхнула головой и вздохнула. Она действительно собиралась поспать перед тем, как начать одеваться к вечеру. Неожиданно ей захотелось взмахнуть волшебной палочкой, чтобы все поскорее закончилось, Но какой великолепный рассказ привезет она домой. Неужели принц-регент такой толстый, как судачат? Неужели с королевой скучно разговаривать, как утверждает Фрея? Говорят ли иностранные знаменитости по-английски?

Перед тем как уйти в спальню, Ева опустилась на диван, чтобы прочитать письмо. Сломав печать, она была разочарована тем, что оно короче, чем обычно. Ничего. Через несколько дней она будет дома. Ева начала читать.

Через минуту она вскочила и с ужасом уставилась на письмо, словно надеялась, что не правильно поняла написанное. Но, охваченная паникой, она все же знала, что все в письме правда. Она повернулась и, спотыкаясь, бросилась к двери. С трудом повернув ручку, она выбежала в коридор, спустилась по лестнице и устремилась в гостиную, не понимая, что делает или какой у нее вид. Не дожидаясь, пока лакей откроет дверь, она распахнула ее и вбежала в гостиную.

Спасение было всего в нескольких шагах от нее и даже поднялось ей навстречу. Только бросившись к Эйдану, она поняла, что спасения нет. Никто не сможет ей помочь.

– Эйдан! – воскликнула она. – Я должна ехать. Я должна ехать!

Твердые, будто железные, руки крепко обхватили ее, и га мгновение она почувствовала себя в безопасности. Но лишь на мгновение. Ею снова овладел ужас.

– Что такое? – спрашивал он. – В чем дело? Что случилось?

– Д-д… д-д… д-д… – У нее стучали зубы.

– Успокойся, – сказал Эйдан, обнимая ее одной рукой, а другой взяв за подбородок. Он смотрел ей в глаза.

– Успокойся, дорогая. Расскажи, что случилось, и я все устрою.

Что за глупости он говорит!

– Он забрал их! – вскричала Ева и зарыдала. – Он увез их, и я не м-м-могу их в-вернуть!

– Кто? – с возмутительным спокойствием спросил Эйдан. – Кто кого забрал?

– С-С-Сесил. Он забрал д-д-детей, и я не могу вернуть их. Он их р-р-родственник, а я – нет. Зачем я п-п-покинула их! Я должна ехать. Я должна ехать и отобрать их! Они будут так н-н-напуганы.

– Он нашел способ отомстить, не так ли? – сказал Эйдан. – Мы этого так не оставим. Тебе вернут детей. Я предупредил, что ожидает Сесила, если он еще раз появится на твоей земле.

– Нет, ты не понимаешь. – Ева взмахнула письмом, сжимая его в кулаке. – Он обманул всех. Он пошел к судье, и его признали опекуном детей. Он их не отдаст. Я его знаю. Я должна ехать!

– Я понимаю, – сказал Эйдан. – Успокойся и отдышись. В панике ничего не добьешься.

– Эйдан, могу я попросить тебя, – раздался холодный надменный голос, – отвести леди Эйдан в ее комнату? Пусть она отдохнет. К вечеру ей надо прийти в себя.

– Но я должна ехать! – Ева посмотрела на герцога и высвободилась из объятий Эйдана. – Немедленно! Не откладывая, я должна ехать в Рингвуд. Дети, вероятно, в отчаянии.

– Об этом не может быть и речи, – сказал герцог, – нельзя не явиться на обед в Карлтон-Хаусе, леди Эйдан, после того как приглашение получено и принято. Кроме того, неразумно отправляться в долгое путешествие в столь поздний час. Если вы считаете, что ваше присутствие в Оксфордшире может повлиять на положение дел, которое как вы заявили, изменить нельзя, Эйдан отвезет вас туда завтра в моей карете. А сейчас я предлагаю вам отдохнуть.

– Но… – начала Ева. Эйдан перебил ее, взял за руку и крепко стиснул ее.

– Ева желает отправиться домой немедленно, –. заявил Эйдан. – Она сейчас и поедет. Я отвезу ее.

– Вы сделаете так, как я говорю, – сказал герцог.

– Нет, – четко и резко возразил Эйдан. – На это раз, нет, Вулф. Моя жена должна выбрать, что предпочесть – долг или интересы семьи. Ты извинишься за нас, если сочтешь необходимым.

Никто не проронил ни слова, когда он вывел Еву из комнаты.

Спустя полчаса они уже ехали в наемной карете по дороге к Рингвуд-Мэнору.

Глава 18

Проливной дождь и гроза вынудили их остановиться в гостинице, но они не захотели там ночевать. Ева ходила по комнате, отказываясь есть и даже разговаривать. Рано холодным дождливым утром они приехали в Рингвуд.

Никто уже не спал, и, как было принято в Рингвуде, все высыпали из дома и конюшен встретить новоприбывших. Все говорили разом, а вокруг, прихрамывая, прыгал с громким лаем пес, которого никто не останавливал. Наконец Ева с Эйданом оказались в гостиной, где из-за холодной погоды разожгли камин. Суровая экономка внесла поднос с чаем. Она разлила чай и встала у закрытой двери, сложив на груди натруженные руки. Никто не возражал против ее присутствия.