Читаем Не скрыть (СИ) полностью

До места назначения пара добралась очень быстро. Дана собралась в целостный образ и толкнула молодого человека на кресло возле двух небольших книжных шкафов, а сама тем временем принялась копаться в книгах, вытаскивая по одному экземпляру с твёрдым, но хорошо сохранившемся, переплётом. Ненужные, в данный момент, фолианты она кидала через плечо, абсолютно не обращая внимания на то, куда прилетит этот тяжёлый кирпич и порвутся ли старинные желтоватые страницы. Стеф же, пока колдунья лишила его внимания, аккуратно положил свёрнутый фрак на пол, недалеко от кресла так, чтобы он всё время находился в его поле зрения.

— Нашла! — ликующе вскрикнула Даниэла, крепко ухватившись за бардовую, с золотыми узорами, обложку.

Рыжая вернулась к своему подопечному, всунула ему в руки тяжёлую старинную книгу, уселась на мужские колени, подбирая под себя ноги и прижалась к Стефану всем своим обнажённым телом. Красная сорочка почти не скрывала прелестей её кожи, а лямочка спустилась с плеча вниз, оголяя небольшую часть грудной клетки, позволяя наслаждаться видом выразительной ключицы и пышного бюста, который так и хотел высвободиться из этой алой шёлковой ткани. Парень впервые почувствовал исходящий от неё запах: роза и малина настолько приятно гармонировали, и почему Стеф не замечал этого раньше? Он немного склонил голову к её шее, вдыхая ягодно-цветочный аромат, грея ледяную плоть своим жарким дыханием. Вампирша издала глухой стон, когда ощутила необходимые тепло на своей тоненькой шее и запрокинула назад голову, ожидая прикосновения таких же горячих губ. Но продолжения не последовало. Стефан отпрянул, лишая Дану удовольствия, заставляя недовольно на нём поёжиться. Брюнету не хотелось её. Не сейчас. Не так.

Он взглянул на переплёт выданной книги, немного отвлекаясь от спутницы, что удобно устроилась на его коленях: «Красавица и Чудовище. Книга Габриэля Сюзанна Барбо де Вильнёва и Жанна Мари Лепренса де Бомона. Сказка, написанная в 1756 году.» — молодой человек незаметно улыбнулся. — «Вот что ей нравится». — он ждал от жестокой колдуньи всё, что угодно: от леденящих душу страшных произведениях о кровавых убийствах, до чертовски пошлых сочинений дилетантов. Классические сказки о добре и любви точно в вариантах не присутствовали.

— Я прочла её раза три. — безмятежно сказала она, склонив голову на плечо парня. — А сейчас я хочу, чтоб ты почитал её мне. — ладонь девушки легла на его грудь, немного сжимая белый поплин, мешающийся рубашки.

— Зачем? Ты же уже знаешь содержание.

— Просто хочу. Не спорь, а читай.

Он беспрекословно открыл книгу и начал читать с самого начала.

***

По всей библиотеки стояла приятная тишина и лишь тихий, ровный мужской голос наполнял её сказочными строками, читаемыми грамотно, с интонацией.

— «…Стой, Варвар, стой! Не смей причинять вред моему благодетелю или лучше убей меня. Юноша, несмотря на рыдание Красавицы, упорно желая пронзить Чудовище кинжалом, сказал ей яростно: Перейдя на сторону этого монстра, который стоит между мной и моим счастьем, ты отказалась от своей любви ко мне. Неблагодарный, — ответила она, удерживая его руку. — Я люблю тебя больше жизни и лучше умру, чем перестану любить тебя. Ты для меня весь мир, и нет такого сокровища, на которого я могла бы променять тебя. Без сожалений бросив всё, я последую за тобой даже в пустыню. Но эти нежные чувства не могут заглушить голос благодарности. Я многим обязана Чудовищу, ведь оно предупреждает все мои желания и только благодаря ему я встретилась с тобой, потому, я лучше умру, чем позволю тебе причинить ему хоть малейший вред». — Стефан не дрожал в голосе, произносил каждое слово уверенно и чётко, но его руки тряслись, перелистывая желтоватые затёртые страницы. Он вникал в сюжет и улавливал суть, но попутно его мысли бешено сменялись одна за другой, мешая концентрироваться.

Даниэла прикрыла глаза, лежала на молодом человеке и наслаждалась каждым вырвавшемся из уст словом, не нужно гадать, дабы понять, что выбрала она это произведение не случайно. Но именно это почему-то и пугало.

— Тебе нравится? — наконец что-то соизволила сказала колдунья.

— Интересное. — ответил кратко он.

Рыжеволосая блаженно улыбнулась и прижалась к Стефану ещё сильней.

— Я очень много знаю сказок и романов. Они мои любимые. И каждый раз, описывая автор чувства двух людей, он упоминает сердцебиение, — Дана немного спустилась, чтобы её голова легла на грудь парня, — Как сердца влюблённых бьётся в унисон.

Щека девушки вплотную прислонилась к нижнему левому краю грудной клетки Стефана, она сосредоточилась на звуках, издаваемых внутри.

— Скажи, Стефан…наши сердца бьются в унисон? — Дана звучало чересчур серьёзно, даже как-то по чужому. — Правда ведь? Бьются? — в голосе возникла нотка лёгкой мольбы, ей было нужно услышать согласие и это взволновало.

— Да, Даниэла, — начал брюнет, положив свою руку под её грудь, нащупывая ритм, — Бьются.