Читаем (не) девственница для дракона полностью

— К себе не успеем! Всеобщая встреча с новым ректором уже через десять минут! — Ребекка ухватила меня за руку и потащила в противоположную от общежитий сторону.

— А я уже с ним знакома, — ответила негромко, позволяя пробивной подруге увести меня за собой через толпу спешащих спудеев.

— Что!? — Ребекка резко остановилась, а я налетела на нее с разгону.

— На пропускном встретились. Потом раскажу.

Представление ректора народу проходило на главном плацу. Море из адептов волновалось внизу, тогда как весь преподавательский состав собрался на небольшой сцене.

Габриэль не заставил всех долго ждать. Он вышел прямо из окна своего кабинета и по невидимым ступеням спустился прямо на помост. При этом он не махал приветственно рукой, не поворачивался, красуясь, чтобы все могли лучше его рассмотреть. Он просто спускался. Словно банально шел на работу. Словно не было тысяч пораженных адептов внизу. И как будто высшая ступень левитации совсем не отнимает у него силы и не требует концентрации. Он даже на часы взглянул — то ли торопился куда-то, то ли проверил, не опаздывает ли.

Стоит ли упоминать, что на нем был все тот же плащ…

Спудеи издали многоголосый вздох и пораженно затаили дыхание. Только спустя мгновенье послышался шквал перешептываний и тихих возгласов.

— Вот это мужчина! — даже Бекка не удержалась от воодушевленного комментария.

Я же стояла угрюмо, никакого воодушевления не чувствуя и в помине. Радовало одно: в этой многотысячной толпе Габриэль вряд ли сможет увидеть меня.

Наконец новый ректор подошел к трибуне и обвел плац суровым взглядом — и все перешептывания смолкли, словно по команде. В моей же голове совершенно неуместно всплыли особо горячие картинки прошлой ночи. Мои щеки запылали алым, но, хвала Всевидящему, никто этого не заметил. Разве что сам Всевидящий, не зря же его так зовут…

Габриэль тем временем кратко представился, обозначил общее виденье нового учебного процесса, пожелал всем прилежности и удачного триместра. Вот, собственно, и вся речь. Впервые на моей памяти спудеи огорченно вздохнули, жалея о краткости выступления — они хотели еще поглазеть на нового ректора.

Габриэль сумел произвести впетчатление. Он не демонстрировал силу, но дал возможность всем самим ее почувствовать, впечатлиться и понять, что он не нуждается в дешевых спецэфектах, да и доказывать никому ничего не собирается. Во время речи он не смотрел ни на кого конкретно, но умудрился каждому заглянуть в душу. Он никого не искал — и я наконец расслабилась.

И тут, уже уходя, Габриэль взглянул прямо на меня. Мы встретились глаза в глаза — всего на долю секунды, однако этого было достаточно, чтобы понять: он не искал меня потому, что с самого начала знал, где я нахожусь.

Новый ректор покинул плац таким же образом, как и явился. И снова всем было ясно: это не ради позерства, а потому что так быстрее.

— Ну, и как он тебе? — Ребекка снова ухватила меня за конечность и, как ледокол, рассекая толпу, потащила меня к общежитиям.

Ох, если бы она только знала…

— Скажи, он потрясающий. Но суровый, это точно, — не дожидаясь моего ответа подруга. — И есть в нем что-то темное… Все девчонки точно с ума сойдут…

Так, за неназойливой болтовней соседки, мы добрались до нашего скромного жилища.

— И имя его… Квод Ниргум — это ведь на староурском — черный или темный, я не ошибаюсь, Анна?

— Нет, Бекка. Ты абсолютно права, — я рухнула на постель, прикрыв глаза.

— Интерестно, а ты на Досмотр сегодня попадешь или уже завтра утром?

— Что!? — я вскочила с кровати, холодея от ужаса. О нем-то, проклятом, я умудрилась забыть.

Досмотр — это традиционная перед Отбором проверка всех аристократок подходящего возраста на чистоту тела и души, то бишь на девственность. Проходила она публично, в присутствии всех желающих. Слава Всевидящему, невинность уже давно проверяли с помощью артефакта, а не допотопными процедурами, да и позорные девицы встречались крайне редко, — так что это, честно говоря, было довольно скучное мероприятие, но желающих поглазеть всегда находилось немало. Ох, и на этот раз они получат желанное зрелище.

— Анна? — подозрительно прищурилась Ребекка. — Ты ведь пройдешь Досмотр успешно?

Я уселась обратно на кровать, обхватив колени руками. Молчала.

— Ты не пройдешь проверку… — ошеломленно прошептала подруга, падая на кровать напротив. — Кто он? Ричард?

Я закинула голову и уставилась в потолок. Произнесла безэмоционально:

— Ректор. Вчера ночью.

Ребекка потрясенно уставилась на меня, глотая воздух, как выброшенная на берег плотва. Казалось, ей не хватает воздуха даже для фразы "не может быть!". Потом же подруга перебралась ко мне и крепко заключила в обьятия.

— Я с тобой Анна, что бы не случилось. Пусть только кто-то пикнет о тебе что-то зазорное. А этот Габриэль — он у меня попляшет, не смотря на то, что ректор!