Читаем Nathan Bedford Forrest полностью

После перерыва до вечера Комитет по резолюциям наконец вернулся, заменив имя Форреста на имя Бейта, и побудил делегата от Восточного Теннесси, полковника Эдвардса, предложить исключить имя Форреста из списка делегатов, ссылаясь на опасения, что "его назначение делегатом - это плохой ход политики, которым воспользуются радикалы". Житель Среднего Теннесси, бригадный генерал Уильям А. Кворлс, возразил, что национальные делегаты должны быть выбраны "и от повстанцев, и от Союза", потому что "помощь нужна всем, и не найти человека более непоколебимо верного и галантного, чем генерал Н. Б. Форрест". После дополнительного обсуждения Эдвардс в конце концов отозвал свое ходатайство, а судья Скрюггс вспомнил, что "несколько дней назад он был в компании с генералом Форрестом, когда мятежник, присутствовавший при украшении могил... федеральных солдат, получил порицание за свой поступок". По словам Скрюггса, Форрест быстро "выступил" в защиту этого человека, сказав, что "если бы он сам был там, то внес бы свою лепту в украшение, так как он, например, хотел бы, чтобы мертвое прошлое хоронило своих мертвецов; мы не должны переносить свои предрассудки и вражду за пределы могилы".18

Во время заключительного совещания местных делегаций перед определением национальных делегатов и их заместителей от каждого округа конгресса - в число которых, кстати, вошли заместители Джорджа В. Гордона, Мэтью Галлауэя и У. Т. Эвери - представитель по особым поручениям Форрест сделал еще несколько замечаний, возможно, в честь своей с таким трудом одержанной победы. Среди них было обещание, что "он не будет изгнан из великой Национальной партии... и он считает, что консервативные теннессийцы поступили очень странно, когда захотели запретить его".19

Галлавэй писал в редакционной статье Avalanche, что Эдмунд Купер, председатель съезда в Нэшвилле, в частном порядке заявил, "что его [Форреста] выдвижение в качестве делегата от штата в целом нанесет неисчислимый ущерб демократии в предстоящей борьбе". Борьба" с Грантом, героем из героев Союза, обещала быть нелегкой; против такого противника, с большинством бывших конфедератов, лишенных избирательных прав, любой спор, который может негативно повлиять на неопределившихся, должен быть избегнут любой ценой. Газета Браунлоу "Ноксвилл Уиг" стала первой из многих радикальных газет, которые не позволили демократам оставить без внимания назначение Форреста. Она указала на назначение "Н. Б. Форреста, мясника из Форт-Пиллоу ", как на свидетельство того, что "поздний съезд повстанцев-консерваторов-белых людей в Нэшвилле" оказался "верен своим повстанческим инстинктам".20

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Мсье Гурджиев
Мсье Гурджиев

Настоящее иссследование посвящено загадочной личности Г.И.Гурджиева, признанного «учителем жизни» XX века. Его мощную фигуру трудно не заметить на фоне европейской и американской духовной жизни. Влияние его поистине парадоксальных и неожиданных идей сохраняется до наших дней, а споры о том, к какому духовному направлению он принадлежал, не только теоретические: многие духовные школы хотели бы причислить его к своим учителям.Луи Повель, посещавший занятия в одной из «групп» Гурджиева, в своем увлекательном, богато документированном разнообразными источниками исследовании делает попытку раскрыть тайну нашего знаменитого соотечественника, его влияния на духовную жизнь, политику и идеологию.

Луи Повель

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Самосовершенствование / Эзотерика / Документальное
Льюис Кэрролл
Льюис Кэрролл

Может показаться, что у этой книги два героя. Один — выпускник Оксфорда, благочестивый священнослужитель, педант, читавший проповеди и скучные лекции по математике, увлекавшийся фотографией, в качестве куратора Клуба колледжа занимавшийся пополнением винного погреба и следивший за качеством блюд, разработавший методику расчета рейтинга игроков в теннис и думавший об оптимизации парламентских выборов. Другой — мастер парадоксов, изобретательный и веселый рассказчик, искренне любивший своих маленьких слушателей, один из самых известных авторов литературных сказок, возвращающий читателей в мир детства.Как почтенный преподаватель математики Чарлз Латвидж Доджсон превратился в писателя Льюиса Кэрролла? Почему его единственное заграничное путешествие было совершено в Россию? На что он тратил немалые гонорары? Что для него значила девочка Алиса, ставшая героиней его сказочной дилогии? На эти вопросы отвечает книга Нины Демуровой, замечательной переводчицы, полвека назад открывшей русскоязычным читателям чудесную страну героев Кэрролла.

Уолтер де ла Мар , Вирджиния Вулф , Гилберт Кийт Честертон , Нина Михайловна Демурова

Детективы / Биографии и Мемуары / Детская литература / Литературоведение / Прочие Детективы / Документальное