– Прости меня, Дамиан, за то, что я сомневалась в тебе. – И она невольно приблизилась к нему. – Клянусь, я пришла не для того, чтобы проверять тебя. Мне в голову не приходило, что Лин здесь. Я и думать о ней забыла. – Положив руки ему на грудь, она глядела на него с мольбой. – Я больше не сравниваю тебя с Бреттом.

Взяв ее за руки, Дамиан сказал:

– Мы должны верить друг другу.

– Однако доверие должно быть взаимным, – укорила его Натали. – Если б ты мне сказал, что Лин у тебя...

– Да, ты права. Я... – Он тяжело вздохнул. – Когда же, наконец, я вылечу тебя от той боли, которую Бретт тебе причинил? Они услышали, как хлопнула дверь; появилась Лин с надменной ухмылкой на лице. Оказывается, она еще не ушла.

– Ах, как трогательно!

– Будь здорова, Лин, – вежливо сказал Дамиан.

Направляясь к выходу, она злорадно проговорила:

– Должна вам сообщить, что я и с Бреттом переспала, и могу заверить, что как любовник он гораздо интереснее тебя, Дамиан. – Переведя взгляд зеленоватых глаз на соперницу, она добавила: – Вы ведь со мной согласны, не правда ли?

– Ведьма! – гневно воскликнула Натали.

– Сука! – закричал Дамиан.

Не дожидаясь новых «комплиментов», Лин удалилась, хлопнув еще раз дверью.

Смущенная ее цинизмом и новым подтверждением неверности Бретта, Натали произнесла, краснея:

– Это неправда, Дамиан.

– Лин в своем репертуаре, – сказал он с отвращением. – Как всегда врет: Бретт никогда с ней ничего не имел.

– Откуда ты знаешь?

– Он сказал мне об этом, когда мы с Лин разошлись. Она пыталась заманить его в свои сети, но он поклялся, что не запутался в них. Наша дружба ему была дороже.

– И ты поверил?

– Да, Бретт не стал бы рисковать нашей дружбой из-за такой безделицы. Ведь для него флирт был пустячком.

– Зато отношениями со мной он вовсе не боялся рисковать, – заметила Натали с болью. – Ты для него значил гораздо больше, чем я.

– Натали... – Дамиан вздрогнул. – Бретт нуждался во мне, но он дорожил и тобой. Сексом он прикрывал чувство неполноценности. Ты же была единственной женщиной, с которой он считался.

Натали и сама понимала это, но легче от этого не становилось. Если б не Райн, она бы ушла от Бретта и ничто на свете не заставило бы ее вернуться к нему.

– Я презирал его за то, что он вытворял у тебя за спиной, – продолжал Дамиан. – Я хотел отобрать у него тебя, я так мечтал об этом...

Тут он сжал губы и постарался придать лицу спокойное выражение, потом улыбнулся.

– Зачем говорить о прошлом? Что было, то было.

– Не совсем так.

Натали замялась, размышляя, стоит ли ворошить прошлое. Но разве желание знать правду может повредить? Недоверие рождает новое недоверие. Если б Дамиан рассказал ей, что Лин у него в квартире... если б она сама рассказала, что встречалась с его бывшей женой... Все недосказанное – сомнительно.

– Я видела сегодня Энн Смит, – выпалила Натали, желая поскорее покончить совсем, что ее мучило. – Я спросила ее, что тогда произошло на вершине скалы, до того как Райн упал в пропасть. Я, Дамиан, не поверила басне о мячике.

Он закрыл глаза, как бы желая вычеркнуть из памяти наплывшие картины прошлого.

– И что она сказала? – вяло спросил он.

– Она мне посоветовала спросить тебя – по ее словам, только ты знаешь правду.

Отпустив ее руки, Дамиан подошел к окну, выходившему на океан. Несколько мгновений он глядел в окно, плечи его ссутулились, словно на них навалилась непомерная тяжесть. Затем он выпрямился и повернулся к ней.

Лицо его выражало отчаяние, и сердце Натали сжалось, предчувствуя недоброе.

– Я обманул тебя в тот день, Натали: я и правда прикрывал Бретта. Но делал это ради тебя, хотел избавить от лишних страданий. Но в гибели Райна Бретт не виновен; виновен я.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

– Не может быть! – пролепетали губы Натали, хотя слова эти уже обитали где-то в глубине ее сознания. – Ты бы никогда не сделал ничего такого, что может навредить ребенку. Ты не мог причинить зло Райну. Я тебе не верю, – говорила она, качая головой.

Дамиан смотрел на нее с отчаянием, желая передать ей все, что хранила его душа.

– Я думал только о тебе и не придавал большого значения Райну. Я хотел разорвать этот заколдованный круг раз и навсегда.

– Ты... хотел, чтобы мы с Бреттом разошлись?

– Да, – вырвалось из груди Дамиана. – В ночь твоего венчания мне не верилось, что Бретт будет тебе изменять. Я его не прикрывал, но я хотел, чтобы ты сама обнаружила его предательство; чтобы ты ушла от него и стала моей.

– Но ведь... ты был закадычным другом Бретта.

– Ну и что? Он не любил тебя по-настоящему и не стоил твоей любви. – Дамиан ударил кулаком по ладони другой руки. – Мне хотелось его убить, когда он рассказывал о своих интрижках. Для меня особенно горько было, что ты ничего не замечаешь, а если и замечаешь, то терпишь, в то время как моя любовь к тебе не находит ответа.

– Я не могла поделиться с тобой, Дамиан. То, что происходит между супругами, не следует выносить на суд других людей.